Впереди ветра

– Так-так … -мурчал довольным котом хозяин телефона, – если я не ошибаюсь, а я редко ошибаюсь, – он пошевелил бровями и многозначительно посмотрел на попутчицу, – та читала его по губам, -потом поднял подбородок и самодовольно провозгласил:

– Итак, мадам, – он опять подмигнул Крымчанке, отчего та фыркнула в ладошку; – и отчего все умные такие дураки?

– Итак, мадам, вы спрашивали за Аскольда… Он крякнул, перечитывая текст с телефона.

Блондинка сделала глупую улыбку – даже так! И если бы не услышанный ею диалог, где звенела, бередя раны, совесть, она бы фыркнула в подушку – «тюфяк»!

Но накривлявшись вдоволь, она тяжко вздохнула и стала вглядываться в далекую темень, под названием «Я»…

Вскоре на стекле отразился двойник девушки: симпатичное округлое лицо с живо хлопающими ресницами и красивыми губами.

– Идем от вопроса – «Что сделали мы, когда гибла страна?». А точнее, Гуля Советских, что ты сделала, чтобы предотвратить развал непобедимого СССР?

И голос изнутри исповедался перед совестью :

– Пыталась создать семью, видя, что родственная разваливается.

Интуитивно ища защиты у мужчин, я встретила лишь предательство как среди бывших родственников, так и в законном браке… Хуже не придумаешь!

А потом- пришлось стариков спасать от собственных детей, которых уже укусила язва бешенства. Раненные смертельной болезнью, вместо того, чтобы вместе, крепким кулаком оставить мокрое место от попыток врага сунуться на родную землю, дети трусливо – по шакальи предали родной дом, – родину…

А родина знает всё.

А потом, сны про войну стали реальностью, и о чем печально и протяжно плакали старые корабли, даже не во сне…

Гуля постучала пальцами в окно, где засверкали первые огни Симферопольского вокзала :

– И вот я, твоя верная дочь Севастополя, лечу голубицей на твой зов – приказ Родины!

Встречай же меня, отец – Севастополь!.

ОБЪЯТИЯ РОДНИ

У самого Симферополя сердце девушки било во все барабаны: воздуха не хватало, хоть она и вышла в самый перед вагона. Ноги сделались ватными, а память всё доставала и доставала картинки былых встреч с родственниками в советские времена, и они, подобно киноленте, мелькали перед глазами, уже по предательски помутневшими от слёз…

Пришлось опереться за стоп- кран.