Разные судьбы

– Так это Сергей был?! А я то думал, что за личность такая знакомая. Точь-в-точь Степан в молодости. Вот значит у Евдокии сын какой вырос. Если б не он, не вынести бы тогда ей того удара. Тоже вот судьба у человека сложная.

При въезде в родное село сердце Михаила радостно забилось с тем знакомым волнением, какое он испытывал каждый раз, как только приезжал он в отцовский дом к дочери и к отцу. У калитки газик затормозил.

– Смотри, внучка. Чего-то председатель подкатил на своем драндулете. Не иначе от Сережки твоего чего передать хочет.

Вера выбежала на крыльцо. Какое же было ее изумление, когда она увидела шедшего ей навстречу отца. Она скрестила руки на груди.

– Папа-папочка мой! Папка приехал, – закричала она и бросилась ему навстречу. Вера обхватила отца за шею, крепко прижалась к его груди.

– Верочка, доченька ты моя, – говорил он, гладя ее по голове. По его щекам текли слезы радости. Он целовал дочку и не мог нарадоваться ею. – Какая ты у меня стала взрослая, красавица ты моя.

– Надолго к нам? – отстраняясь, спросил он.

– Я совсем приехал, навсегда.

– Это правда, папа? Правда навсегда?

– Правда, дочка, правда. – Вера радостно прижалась к отцу.

– А как же Вовка? А, сынок?

– Вовка уже большой. Он меня понимает. Обещал приехать, как закончит школу.

– Нелегко тебе, сынок.

– Что сделаешь, отец. Видно такова уж судьба. Не довелось нам с Натальей испить чашу счастья до конца.

В доме Михаил достал из чемодана подарки.

– Это тебе, отец, – он подал деду костюм и две рубашки.

– Это куда же я буду в нем ходить-то? Лошадей сторожить?

– Ничего, отец, будет же у нас праздник, вот и наденешь.

– Да вот ведь штука какая. Век не нашивал.

– А это тебе, дочка, – он передал ей платье и туфли модные на каблуке.

– А это, я так думаю, что вечерком неплохо бы посидеть, – и он выставил две бутылки водки.

Вечером в доме Плетневых собрались председатель с женой, Натальей Борисовной, и Евдокия. После первых двух рюмок у мужчин завязался разговор. Говорили о разном. Вспомнили войну, трудное послевоенное время, о предстоящей работе.

– Я тебе так скажу, Михаил, где ни живи, где ни работай, а Родина есть Родина, от нее никуда.