Вышел за таблетками

Вышел за таблетками

Маргарита Валентиновна Дубницкая

Сборник стишков, готовый сгладить ваше уныние или одинокий вечер. Отлично подойдет в качестве закуски.

Маргарита Дубницкая

Вышел за таблетками

Художник

О, этот человек. Он вечно пьян!

И вроде дома нет, но он живет везде.

Мне сложно описать, как он упрям,

Запутавшись в проблемной череде.

Ему под ногти въелась краска,

А шевелюра – дикий куст.

Вам кажется, что это сказка?

Он мертв внутри. Внутри он пуст.

И было время его славы,

Был узнаваем он везде,

И взгляды девушек лукавы

Ему спасали это день.

Он вспоминает это временами;

Грудную клетку сдавливает стон,

И кажутся те дни лишь снами.

А в мастерской опять разгром.

И тихо смысл он теряет,

В сознание вливая бред;

А в том бреду он завывает

И просит демона смотреть.

– Я обещаю, ты нарисуешь

Картину жуткой красоты.

Ну а в ответ мне адресуешь

Свои кровавые холсты.

И лишь сомненья на секунды;

Не думая, закрыв глаза, хватает нож

И с диким криком отсекает руку,

В агонии трясется и задыхается от слез.

Восходит солнце; он пришел в себя.

Среди кистей валялся грязный нож.

И пол в крови, и простыня.

Покрытый красками являлся рядом холст.

Было бы здорово

Было бы здорово, если б я умер

И тело мое придали огню.

Следователь над причиною думал,

Врач, прикурив, прошептал: «Почему..?»

Тени бежали – я с крыши летел.

Сердце забилось, мурашки пошли.

И, это мгновение преодолев,

Я покой смог найти для души.

Было бы здорово, если б я умер.

Быть может, я к звездам ближе бы стал.

Мой мозг давно уже обезумел.

И так же давно мой разум устал.

Изменение

Пытаясь в своей жизни что-то изменить,

Я шел на риск, себя пытаясь уничтожить,

В отчаянии бежал себя топить,

Свои страдания старался приумножить.

Я старого себя хотел переломать,

Чтобы в итоге получилось что-то новое;

И по ножам через огонь ходил гулять,

Чтобы искривить все то, что было ровное.

В мусоре воспоминания той жизни,

Любая глупость меня обезобразит.

Мною погребенные когда-то мысли

Взвалились на меня из-под камней и грязи.

И было больно, тяжело и страшно,

Когда измученный, побитый, грязный,

Я встретил сам себя, развороченного ужасно,

С дырой в спине крестообразной.