Нам было по девятнадцать

– Как все, так и мы – отозвалась вторая Клава.

– А рядом с ним, справа, смотри-ка, черный, как цыган – продолжала шептать низенькая Клава – Узнаешь?

– Ну, да. Узнаю. Виталий – ответила высокая вторая Клава.

Командир отошел. Оставшись вдвоем, подруги заговорили, не скрывая радости:

– Ну, Клава, идем на задание! – начала маленькая Клава.

– Вообще-то я тоже рада…

– Ой, Клава, да ты сомневаешься в чем-то?

– Сомневаюсь.

– В чем?

– Думаю, что задание это для нас непростое.

– А какое же? Не тяни!

– Контрольное задание.

– Как …. «Контрольное»?

– А так, командир думает, что придем мы в Калугу к своим мамочкам, согреемся и обласканные, забудем тогда обо всем – о полке, о разведке. – Выдавала свою версию высокая Клава. – Ну, а уж если вернемся, да выполним задание, вот тогда подружка, и примут нас в Красную Армию!

Моросил мелкий осенний холодный дождь. По лесным тропам, бездорожью, от деревни к деревне пробирались разведчики. Сержант и два красноармейца шли впереди.

А позади их, приотстав на полкилометра, шли девчонки. Они заходили в деревни, расспрашивали жителей о немцах, побирались. В сумках у них были куски хлеба, картофель. Так и кормились. Ночевали девушки в деревнях у колхозников, а красноармейцы в стогах сена, в соломе вблизи деревень.

В километрах в десяти от Калуги сержант с бойцами остались в лесу. Договорились, что через два дня девчонки придут в деревню Кукареки, что в стороне от шоссе, там повстречаются с сержантом и красноармейцами.

И пошли девушки одни, без бойцов. Приуныли, молчат. Первой заговорила Алексеева, которая повыше.

– Вот. Я говорила, что задание контрольное.

– Верно. Одних нас в город отпустили, – подтвердила подруга и добавила, – а сами посидят и обратно в поля.

–Ну, это их дело. А мы будем выполнять задание!

Чтобы не вызвать подозрение у немцев, две подружки, наряженные в самое бросовое тряпье, вошли в город в середине дня. Патрулирующие мотоциклисты не обращали на них внимание.

Девушки уже наслышались о том, что такое оккупация фашистская, подготовили себя ни чему не удивляться. Но они были поражены разрушениями городских зданий, развязностью, бесчинствами и нахальством завоевателей. «Калуга, родная, тебя просто не узнать, так изменилась ты за короткое время». Вздыхают девчонки, забывая порой о том, что пришли выполнять боевое задание.

– Ничего, Клавочка, придет конец их хамству.