Ритмы созерцания

Стать героем может он невзначай, без наград,

От других не требуя встать в отважный свой ряд,

Знает: каждому даётся своё.

Он чувствительный прибор для свободы, добра,

Знает, где необходимость, где менять всё пора.

Видит ложь, его нельзя обмануть.

Разум – помощь, только в сердце есть путь.

Совершенный человек померещился мне…

У ПОГРЕБАЛЬНОГО ОГНЯ ЛЮБВИ

Он долго смотрел:

Что там, за стеной?

Там прошлого дух,

Здесь – время разрух.

Она где-то там…

Почти что нигде,

И он вспоминал,

Он долго молчал.

Там – пальцы её

Дрожали, любя,

Здесь – боль пустоты

Да пепел мечты.

А в облаке скорбь.

Багряный рассвет

Сосёт его кровь,

Отпустит – и вновь…

Закрыл он окно,

Чтоб не дуло весной,

Там воздух больной,

Там воздух чужой.

Вокруг тишина,

Тоже давит на грудь,

И трудно дышать,

Но страшно отдать…

Он завтрак принёс,

Жуёт, с тошнотой,

Без воли в глазах,

Нет силы в руках.

Он вышел за дверь,

И всё как всегда,

Но утро скулит

Да память знобит.

МАЙ

Снег весенний в садах опустился – то вишня цветет белокуро,

Вот и в каждом дворе нарядилась цветная сирень,

Май вдохнул в это лето тепло, наслаждаясь своей режиссурой,

Мы шагаем по лестнице-бездне – другая ступень.

Я иду по дороге один, как всегда, и в лучах предзакатных,

Я не вижу ни смерти, ни боли, ни даже тоски,

Голубые глаза-небеса побледнели давно, улыбаясь приятно,

Возрождают умершую юность те сочного духа глотки.

ЖИЛА КОШКА

Будний день. Летний полдень тянулся,

Жёлтый карлик смеялся вверху,

Городок в тёплый свет окунулся,

И поэт поклонился стиху.

На проулочную дорогу,

На разбитый горячий асфальт,

И, прищуривши глаз немного,

Вышла кошка, смотрящая вдаль.

Не услышал тот зверь поворота,

Озадаченный чем-то своим,

А к шоферу подкралась дремота,

И обзор был плохой, и засим…

Колесо чуть подпрыгнуло страшно,

И другое подпрыгнуло чуть,

А последствия были ужасны,

Да прохожий увидел ту жуть.

Кошка выгнулась как-то нелепо,

Удивлённо и дико глядя,

И задёргалась адски, свирепо,

А немного, чуть-чуть погодя

Быстро брызнул один на дорогу

Светлой крови тончайший фонтан,

И второй подоспел на подмогу —

Извергался агонии вулкан.

Не кричала она во всё горло,

Как истошно все кошки орут,

Тихий хрип раздавался из жерла,

Смертной лавы затянут хомут.