Целуй меня, моя любовь

А ведь он даже не спросил ее о визите к врачу.

– Я должен закончить постановку, – уже нехотя возразил он.

– Всего на недельку. Наберешься сил, и снова в бой.

Она его уговорила, и уже через три дня, наскоро собрав чемоданы, они вылетели к морю.

Там они провели замечательную неделю. Он совсем не думал об Анне. Они много гуляли вдоль берега, крепко держась за руки и строя планы на будущее.

– Когда малыш родится, наймем няню, – весело щебетала Вероника. – Уж очень мне хочется снова вернуться к работе.

– Ну, не сразу, конечно, – возражал он, – но, думаю, через месяц уже можно будет подумать об этом.

Они намеренно не узнавали пол ребенка. Вероника хотела сюрприза, Александру же было все равно.

– Главное, чтобы малыш родился здоровым, – утверждал он.

– Непременно таким и будет, а еще очень красивым и талантливым, с такими-то генами.

Эта тема одновременно льстила ему и смущала. В себе он был уверен. Но вот Вероника не была красавицей, да и талантов у нее особых не наблюдалось.

Она была мила, заботлива и трудолюбива. Но таких, как она, миллионы.

«Вот если бы на ее месте была Анна». Эту мысль он быстро выгнал из головы, заменив ее более разумной: «Если бы она здесь была, ты бы так мирно сейчас не гулял, а нырял бы сейчас где-нибудь с аквалангом или вел быстроходную яхту. Это ненормальная не дала бы тебе ни минуты спокойного человеческого семейного отдыха. Вы бы ругались через каждую фразу, а потому вернулись бы домой не отдохнувшими, а изрядно измотанными».

С Вероникой он вернулся в Москву загорелым и бодрым.

Всю неделю он высыпался, много гулял и ел свежие морепродукты. Впервые за долгое время он чувствовал себя хорошо.

Он был почти счастлив, когда открывал дверь своей квартиры. Той самой, что они когда-то купили с Анной, долго и яростно споря о том, какой должна быть обстановка в ней. Ему нравился минимализм. Аня обожала всякие мелкие штучки и везла их отовсюду, чтобы захламить ими все полки и стеллажи. Он видел, что Вероника потихоньку складывает их в отдельный шкаф, освобождая просторы квартиры для его творческой мысли создателя.

И совершенно этому не возражал. Все эти сувенирчики, статуэтки и вазочки всегда раздражали его, а теперь лишний раз делали больно, напоминая об Анне. И он был в душе благодарен Веронике за то, что она избавляла его от напрасных страданий.

– Ну, вот мы и дома! – радостно заявила Вероника, войдя в квартиру.– Я пойду приму быстренько душ, а потом приготовлю нам поесть.