Совершенство

Поэтому и «плюсы» в эфир они неспроста отсылали! – рассудил Корхарт торопливо, словно не слыша молодого коллегу.

– Как бы эти плюсы в наши кресты не превратились! – повысил голос Эйдан, и в упор посмотрел на начальника, – Ив, и как до них добраться?

– Ты что, оглох?! – зашумел в свою очередь Рон, прожигая Эйдана презрительным взглядом. – У них назначена эвакуация, мать твою! Значит у них связь с Центром есть и их заберут, в отличии от нас! У них есть взлётка!..

– От неё нет никакого толка – к ним никто не долетит в отсутствии навигации! Как и к нам…

Сжав пальцы в кулак, Рон грохнул рукой о стол:

– Значит мы точно ничего не теряем! Лучше дожидаться спасения, не записывая каждый сраный крекер в тетрадь!

Не обращая внимания на Корхарта, Ридз снова потребовал ответа от начальника станции:

– Двести миль только по прямой, по снегу и льду! Учитывая рельеф, выйдет все триста, а то и больше! Ив, у нас есть шанс добраться до Хара-Ой?

– Да откуда мне знать! – взорвался Ломак и взмахнул кружкой, едва не лишившись её содержимого.

 – Нам элементарно не хватит топлива доехать – и точка! Доволен?

В наступившей тишине резко обнажился звук пустого радиоэфира, словно желая усугубить и без того непростое положение полярников. Почерневший Корхарт замкнулся и сидел с угрюмым видом глядя себе под ноги, в то время как начальник станции отвернулся в угол и, поникнув плечами, сосредоточенно жевал намокшие усы. Эйдан украдкой посматривал на мужчин, отчего-то ощущая себя виноватым в образовавшейся паузе.

Он пару раз набирал в лёгкие воздух с намерением заговорить, но так и не решился.

– У меня скоро закончится «Паратроксин», – оповестил собравшихся Корхарт, всё ещё глядя в пол. – И мне нечем будет делать ингаляции. Я, итак, тяну, как могу – стал пропускать приёмы и уменьшил дозировку.

Ломак и Эйдан тайно переглянулись – дело плохо. Рон Корхарт последние пару лет принимал лекарство в виде ингаляций, так как лёгкие полярника сыграли с ним дурную шутку: стали сильно рефлексировать из-за недостатка кислорода в тканях и спазмировать.

Гипоксемия вызывала у полярника отдышку и приступы головокружения, в такие минуты Корхарту становилось всё труднее дышать, он начинал задыхаться и испытывал боли в груди. Лечащий врач, по словам Рона, так и вовсе рекомендовал забыть об Арктике и даже сменить климат на калифорнийский, но Корхарт и слышать об этом ничего не хотел.

– У норвежцев вряд ли окажется такое лекарство… – Эйдан виновато улыбнулся и пожал плечами.