Демон по имени Судьба. Выбор сделан

Голоса бесцеремонно проникают в его сознание, нашёптывая ему, словно молитву:

Не верь ему. Не верь. Он лжёт. Ты умрёшь, если выберешь его. Не верь.

Вдруг под ногами Тихонова появляется волна, и удаляется от него, оставляя за собой фрагменты знакомой пиктограммы. Андрей стоит, взволнованно наблюдая за дальнейшим стечением событий. Снова 4 пути, описывающие неповторимые сцены времён. Андрей стоял лицом к холсту, по которому невидимой человеку кисточкой скользила рука Бездны. Сначала она нарисовала очертания, по которым Тихонов сразу догадался, что речь пойдёт о его горячо любимой матери.

Словно ангел, спустившийся на землю, она протянула руки своему сыночку, ожидая, когда же он упадёт в её крепкие и нежные объятия. Время окутало её бархатными красками, каждый изгиб её тела казалось Андрею, был наполнен жизнью. Казалось, вот-вот, ещё немного, и она порвёт бумажные оковы и устремится к нему.

– Мама… – судорожно прошептал Андрей, протянув к ней руки.

Но мама не отвечала.

– Мама! – закричал Андрей и ринулся к ней навстречу.

Чем быстрее он бежал к картине, тем дальше она от него отдалялась. От бессилия, Андрей рухнул на тёмную твердь. Ненависть и отчаяние заполняли его сердце.

– Мама, почему? – направил он свой вопрос в сторону картины.

Но нет, портрет представлял собой лишь зеркало её души, которое могло дать только надежду, но не чудо.

– Мама… – судорожно прошептал Андрей, всё ещё лёжа на тверди, протянул к ней руки. Но мама не отвечала… С уничтожением последней надежды Тихонова исчезла и сама картина.

Некоторое время, герой беспомощно лежал на ложе небытия. Он не хотел вставать, не хотел что-либо делать. Он устал.

– Всё ложь, всё обман, – твердило ему таинственное эхо.

Сверху можно было подумать, что Тихонов, падая с большой высоты в кромешную тьму, застыл на перекрёстке между настоящим, прошлым и будущем. Время не трогало Андрея. Как будто, оно опасалось потревожить эту тихую отдалённую гавань неизвестности.

Обернись, обернись, – вторил беззвучный голос.

Тихонов повиновался. Рассудок снова вернулся в его бренное тело. Он не спеша перевёл своё тело в сидячее положение и, опираясь на правую руку, сделал рывок в сторону неба, которого не было. Оказавшись на своих двоих, Андрей повернулся. В этом положении перед его взглядом очутился огонь желтоватого цвета в величину человеческого роста. Язык пламени отдалённо напоминал человеческую голову – на нём можно было обнаружить определённые черты лица.