Поль Мартан и Кольцо Рыбака. 4

На плече его сидел огромный чёрный ворон с горящими как угли глазами. Другой такой же торчал на высокой спинке трона и смотрел куда-то в глубину зала. У подножия трона лежали два огромных волка, величиной с медведей. Один из них будто узнал Поля и аж вскочил на ноги, и второй следом за ним приготовился к прыжку. Но оба были остановлены хозяином:

– Тихо, Гери, тихо, Фреки, зачем напрасно волноваться – это наш гость.

Волки улеглись к ногам хозяина, хотя и не спускали раскалённых глаз со странного для их мест посетителя.

– Я вижу, вас не радует огонь побед, – одноглазый сделал трагическое лицо. – Ну, конечно, я вас понимаю. Вы думаете, я рад видеть всё это кровопролитие? Конечно же, нет. Но я слуга. Да, слуга людских желаний. Тут вы видели множество тех, кто мечтал оказаться среди величайших воинов и биться с ними вечно. Вот я по человеколюбию своему и исполняю их желания.

Улыбка скользнула по лицу Поля. «Хорош человеколюбец!» – подумал он.

– Господин! – прорычал один из волков.

 – Не над вами ли он смеётся? Не пора ли мне вонзить в него клыки и сбить с него всю спесь?

Хозяин благосклонно посмотрел на верного пса и продолжил свою речь:

– Вы, люди, склонны всё разделять на плохое и хорошее, но тут у нас, в подлинном мире, ибо я зову лишь наш мир подлинным: что там ваша жизнь – лишь краткая задержка перед прибытием к нам: пятьдесят – семьдесят лет… А тут… О, тут вечность райских наслаждений. Там у вас воин, уцелевший в паре сражений, считается долгожителем, а тут его ждут тысячи битв, – одноглазый указал на гобелены, развешанные по всем стенам.

Те словно ожили: лязг, вопли, боевые кличи, ржание лошадей и выстрелы орудий наполнили пространство зала, смешавшись в жуткую какофонию. Властелин закрыл свой единственный глаз, и лицо его изобразило блаженство, будто он слышал сладчайшую музыку.

– Это ад, и он не более чем игрушка в твоих руках, где воспоминаниями о страданиях человеческих ты утоляешь голод души своей. Ты человеколюбец?.. Ха-ха-ха! Ты любишь людей так же, как волки любят ягнят, – Поль махнул рукой в сторону начавших пускать пену волков.

– Ну подожди, не горячись. Со времён Нимрода, первого царя великого города Вавилона, я обхожу мир. Я странник, познавший все народы и изучивший всё человечество. Власть, деньги, еда, похоть, войны, революции, убийства – вот о чём мечтает каждый человек на вашей земле. И я дал вам чувственные образы этих страстей, я стал богом, исполняющим желания.