Когда увидишь меня – плачь

Бармен повернулся спиной, чтобы нажать кнопку на тостере. Доминик смотрел на него воспалёнными глазами, и внутри всё скручивалось в болезненные узлы. Он вдруг осознал, что и впрямь голоден и одного тоста будет явно недостаточно.

Эрик снова повернулся к нему и опёрся мощными руками о столешницу. Лицо его ничего не выражало, хотя Доминику показалось, будто в глазах промелькнуло нечто вроде сочувствия.

– Знаешь, я ведь довольно внимательный. Но вчера тут резвилась компания малолетних идиотов, если помнишь, они всё орали на том конце стойки.

Мне пришлось приглядывать за ними, так что я не очень следил за всякими блондинками, особенно если они ничего не заказывали. Мне показалось, что весь вечер ты просидел один. Извини.

Звякнул тостер. Доминик в оцепенении смотрел, как бармен кладёт перед ним поджаренный кусок хлеба, как достаёт откуда-то сыр и кусок ветчины, а затем венчает всё это веточкой зелени. Он не заметил, как Эрик бросил на него озабоченный взгляд исподлобья, прежде чем удалиться.

До этой минуты всё, что с ним происходило, казалось пусть и странным, но не таким уж необычным эффектом таблеток, и вдруг сейчас – только сейчас – Доминика накрыл неподдельный ужас от мысли, что он по-настоящему сходит с ума. Ему могли мерещиться разноцветные драконы и говорящие статуи, он привык к любой чертовщине. Но ни разу, на самом глубоком дне самого паршивого прихода ему не являлась она. Ни разу за все эти годы он не произносил вслух её имени.

– Габи, – он ощутил знакомое послевкусие от сочетания этих звуков, а значит, он действительно вчера сказал это.

Вот только кому?

Доминик отказывался отпускать последнюю соломинку и признавать, что разговаривал с пустотой. Бывало, он общался и с куда менее земными существами, чем курящие девушки, но это происходило в те блаженные часы, когда он и самого себя не очень-то осознавал. А вчера он не был под кайфом, он помнил шумную компанию, о которой упомянул Эрик, и даже ту чёртову песню, что действовала ему на нервы.

А если так, то либо он и вправду сходит с ума, либо девушка была настоящая. Скорее всего, у неё просто была похожая стрижка или что-то ещё, что вызвало воспоминания. Только и всего. Игра теней, не более.

Доминик гнал от себя её образ, но бесполезно – он встал перед глазами ясно, как и вчера. Слишком много совпадений: волосы, черты лица, улыбка, а самое главное – смех. Так смеялась только Габи – немного неуклюже, если так можно сказать о смехе.