Приманка

Автоматически.

– Ладно, проехали. Чего еще у тебя?

– Эстетические переживания. Типа, встреча с прекрасным. Пойдет?

Черт пожевал губами, почесал затылок.

– Это если для начальства только. Мне без надобности.

– Алкогольное опьянение? Могу предложить варианты: водка, коньяк, виски, еще пивом напивался.

Я вопросительно смотрел на черта.

Тот, отвернувшись, разглядывал что-то вдалеке. Сбросив одеяло, я встал и попытался выглянуть из котла. Не удалось. Высоко или глубоко. Было видно только, как тьму Ада прорезало нежное, перламутровое сияние.

– Все, кранты, – черт спрыгнул наружу. – Экскурсию праведников ведут. Готовься, развожу пары.

– Э, э! – я стукнул кулаком в железный бок котла. – А нельзя, типа, оборудование на профилактике, у грешника перерыв?

– Нельзя, – послышался голос черта. – Мне за неформальные отношения с грешной душой рога поотшибают, хвост вырвут, про яйца вообще молчу. Еще тебе позавидую.

– Командир! – истошно заорал я. – Придумай что-нибудь, я заплачу!

– Не ссы, как только пройдут, все отключу.

– Блин, – выругался я, нервно затягиваясь. – Принесла любопытных нелегкая.

– Готов? – лохматая голова черта появилась над краем котла. – Врубаю.

– А-а-а-а! – возопил я и тут же замолчал. Боль была адская, вокруг бурлил кипяток. Я захлебнулся криком. И никакой надежды потерять сознание.

– А ты жаловался, что холодно. Радуйся, что вода, тебе вообще масло кипящее положено.

От боли я плохо соображал, что говорил черт. Сквозь брызги и пар заметил приближение сияния.

– Так, – разобрал я за бульканьем воды нежный ангельский голос, – кто тут у нас? Что за грех?

– По совокупности, – по-военному отрапортовал мой черт. – Общий режим.

В сиянии, окружившем котел, я разглядел праведные души, одетые во что-то белое и светящееся. На их лицах читалось сострадание.

– Суки! – заорал я. – Валите отсюда на хрен! – и попытался брызнуть на праведников кипятком.

– Молитесь за эту нераскаявшуюся, страдающую, грешную душу, – голос ангела был сладок, луч, исходивший от его прекрасного лика, был тонок.

– Жопа, суки! Валите на хрен! – отчаянно колотя руками по поверхности кипевшей воды, кричал я.

Ангел улыбнулся мне печально и одновременно ободряюще. Крылом обвел экскурсантов.

– Все оне будут молить Господа о спасении твоем.