Последний храм. Слово Старших

 – Наймем самых лучших из всех, кто тут есть! Или никого!

То, что происходило дальше, не передать словами без мата. Алчный блеск сотен глаз, как демонов, так и демонесс. Пришлось даже клинками напомнить об уважении к нашим персонам. Парочка особо наглых суккуб быстро отлетела в местное чистилище, а остальные выстроились в очередь демонстрируя свое искусство соблазнения. Должен признать делали они это качественно. Быстро поняв, что голой порнухой таких эстетов не взять, перешли на эротику. Самым лучшим мы подкидывали чаевые из предметов послабее.

В итоге вокруг нас столпились почти все суккубы, бросив даже благородных барыг.

Попытки унять нашу вечеринку быстро напоролись на ножи и трупы. Мы с Дрейком реагировали даже на косой взгляд, правда, обходя своим вниманием самых сильных соперников. Точнее кидая многозначительные взгляды, но не нарываясь.

В конечном итоге под вечер мы стали гвоздем номера, озолотив десяток суккуб и отобрав для себя четырех. И одну рабыню. Не знаю, что меня дернуло позвать эту невзрачную девчонку.

Возможно жизненный опыт. Но я точно знал, что эта девчонка даст фору всем остальным. Пришлось тащить на наш стол ее за руки.

– Я убью тут всех или выкуплю тебя, если ты того будешь стоить! – Это все, что я сказал почти голой замухрышке. И оказался прав. Для девушки мало иметь смазливое личико или стройную фигуру. Сексуальность не статична, она в движении. В мелких жестах и даже мимике лица.

И эта девушка поняла меня. Гибкая, юная, страстная, пусть и забитая своей судьбой.

Она показала все, на что способна. И в ее движениях было столько женственности, артистичности и грации, что даже Дрейк уронил челюсть.

– Она теперь моя! – Я бросил на стойку горсть монет с кольцами вперемешку. – Или я разнесу тут все. Выбирай!

Бармен решил не злить нашу странную компанию. А неписи тут же приняли ее в свою компанию. И вряд ли отдадут обратно. Не те у них характеры по сюжету. Впрочем, я и не претендовал. У них своя тусовка бывших рабов, и вот за это я буду сражаться со всей своей яростью.

Под вечер Дрейк ушел в свою комнату с четверкой шлюх и плотоядной улыбкой кота. А я же взял остальных, устроив оборону номера. Марлок и Эйлин легли под дверями. Я тоже побрезговал кроватью, сотворив там чучело похожее на тело. Сам лег под окном. Яра и Ольх оказались рядом.

Ночь прошла спокойно, хоть я долго не мог заснуть, ожидая подставы. Зато с утра мы вышли почти парадным строем. Караван все еще был здесь.