Год Синей Лошади. Рассказы о жизни, счастье и любви, написанные с юмором и от души

Это была серая, как асфальт, кошка с мокрой, торчащей во все стороны шерстью. Она лежала на половике возле нашей квартиры, жалобно мяукала и царапала и без того облезлый порог. Ее раздувшийся живот лежал на половике как бы отдельно от нее и ритмично двигался в разные стороны. Увидев нас, кошка вдруг замолчала и, уронив голову на лапы, хрипло и отрывисто задышала.

– Да она же рожает! – наклонившись над кошкой, ахнула мама. – Надо ее в квартиру забрать.

Она открыла дверь и вместе с половиком перетащила роженицу через порог.

– Тащи ее в комнату, – сказала мама отцу, – иначе Федор ее укокошит. – Она бросила тревожный взгляд на дверь дяди Федора.

Отец осторожно взял кошку на руки. Та устрашающе зашипела и впилась ему когтями в живот.

– Это она от страха, – успокоила его мама. – Заноси, я сейчас какую-нибудь тряпку найду.

Она достала из шкафа старую кофту, бросила ее на пол и побежала на кухню за молоком. Отец положил кошку на кофту. Та вытянулась, замурчала, потом резко свернулась в калач и как завопит.

– Рожает, – сказал отец и погладил ее по голове.

Тут в комнату вошла мама, и не одна, а вместе с Федором. Он стоял у нее за спиной и, заглядывая через плечо, внимательно наблюдал за роженицей. Мама поставила мисочку с молоком на пол, но кошка даже ухом не повела.

– Ей сейчас не до еды, – буркнул отец и отправил меня на кухню. – В комнату ее не пускай, – наказал он, перед тем как уйти на работу, – это зрелище не для детей.

Как котята появились на свет, я не видела, но знаю, что их было трое: два серых и один рыжий, самый большой. Мама переложила кошку с котятами в картонную коробку из-под ботинок, а саму коробку задвинула под кровать.

Пока кошка рожала, Федор находился у нас в комнате, но, к моему удивлению, вел себя тихо, даже, можно сказать, безмолвно, что меня и радовало, и озадачивало одновременно.

Утром со словами «Как там роженица?» Федор постучал в нашу дверь. Мама как на пружинках соскочила с кровати.

– Федор, ты?

– Я, Екатерина Михайловна, – раздался хриплый голос соседа. – Позовите, пожалуйста, мужа.

– Так он на смене. А что вы хотели?

– Да про кошку хотел спросить, – виноватым голосом проговорил он. – Как она там? Родила?

Мама накинула халат и с обреченным видом пошла открывать дверь.

Федор долго вытирал о половичок ноги, стесняясь войти в комнату, потом махнул рукой и, сделав несколько робких шагов, остановился посередине.