Призрачные кошмары

Они открывали рты в беззвучном крике, подобно хору, молящему о спасении в глубинах ада.

Я потрясённо уставился перед собой, когда из этой странной, подобной негативу, картины начала вырисовываться призрачная тень. От этого зрелища в моей голове вспыхнула страшная боль. Сердце бешено билось, и я застыл от ужаса.

Призрак, покачиваясь, приближался ко мне. Его мантия в зеленоватых водорослях и длинные чёрные волосы развевались по воздуху. Он протянул ко мне тощие руки, пытаясь коснуться моего лица крючковатыми пальцами.

Затем раздался сверхъестественно громкий рокот, и в мгновение ока существо оказалось прямо передо мной. Теперь я отчётливо мог его рассмотреть. Черепообразное бледное лицо не было человеческим. Омерзительная чёрная слюна капала с острых зубов разинутой пасти на подбородок, а из глубин горла доносился стонущий приглушённый хрип.

Призрак уставился на меня мёртвыми рыбьими глазами. Я ощущал себя беспомощной марионеткой. Его взгляд заставлял меня задыхаться.

Мои лёгкие как будто сжались, пальцы онемели, и постепенно это ощущение сковало всё моё тело. Я не мог ничего, только беспомощно дрожать. Я чувствовал, что тону.

От сильного толчка у меня перехватило дыхание. Копьё сэра Ланселота неожиданно вонзилось мне в грудь. Я изогнулся назад, моё копьё упало на землю, поводья ослабли.

Я с грохотом упал на землю так, что воздух вырвался из лёгких, а мой конь поскакал дальше. Шлем не защитил голову от сильного удара. Перед глазами летали искры.

Я не видел ничего, кроме одного порхающего чёрного пёрышка.

Я тот, кто умрёт сегодня…

Великое колесо Фортуны повернулось, и всё кругом объял мрак.

Зрение возвращалось взрывающимися вспышками. Я смутно увидел, как распорядитель турнира схватил мою перепуганную лошадь и отвёл её в сторону, чтобы меня не затоптали до смерти. Конь сэра Ланселота встал на дыбы.

Кто-то подбежал ко мне и осторожно снял с моей головы шлем, чтобы я не задохнулся в доспехах.

Это был тот самый придворный шут. Публика с ужасом следила за происходящим и содрогнулась, увидев, что под доспехами бравого рыцаря пряталась восемнадцатилетняя девушка.

Шут ударил меня по щекам.

– Тайка, ты можешь говорить? Эй! Скажи что-нибудь! – услышала я его обеспокоенный голос. От его шепелявости не осталось и следа. Всё это было лишь игрой.

Боль накатывала волнами. Я вдохнула. Вытерла нос. Он был мокрым от крови.