Запах вешних вод

Я не понимала, о чем эти разговоры, но был смысл в жизни.

А мама смеялась, так громко! Но вдруг все кануло, будто сменилась погода.

К сожалению папа стал выпивать, и мама ругалась.

Может это шокировало папу, потому, что он рос в атмосфере любви, ведь его мама – это моя любимая бабушка. Я об этом потом размышляла, повзрослев.

А тогда, маленькая, поборов страх, выбегала как в бой, прямо в середину ихней ругани

– Мам, не надо, пожалуйста! Не ругайтесь, пожалуйста!

– Нашлась тут, защитница, ишь ты! Такая ж будешь, как твой отец!

Скандалы продолжались каждый день, и родители разошлись.

Отец ушел как говорят "в одних трусах", и не стал делить квартиру,

хотя нашу большую трехкомнатную получали на всех, от завода, где они работали с мамой.

"Все Таньке, дочке оставляю" – сказал отец и уехал в свой родительский дом,

в небольшое село, где я проводила лето.

И теперь моя свобода стала ограничена, по берегу реки, на всю округу раздавался его крик

– А ну вылезай из речки, сказал отец!

И я вылезала, накинув платье и трясясь от холода, шла домой.

– В институт пойдешь, сказал отец! – ругал он меня по дороге,

а в голосе ни капли злости и суровости то.

– Какой институт, маленькая еще! – смеялась бабушка

– Ничего! Пусть знает, что отец есть отец!

Папа рос без отца, и я представляла, как он бегал мальчишкой по этим же тропкам.

Сидел до посинения в этой же речке и мечтал, глядя в синее небо, сквозь зеленые веточки ивы:

Будто сидит он в речке, весь замерз и вдруг, идет по берегу огромный,

сильный мужчина – его отец и кричит ему

– Эй, сынок, я тебе отец или нет? А ну вылезай из речки, сказал отец!

Я была уверенна, что он мечтал именно так.

и эти мечты переносил на меня.

Мы вместе ловили рыбу на черный хлебушек, закидывали удочки,

и сидели на мостике, окунув ноги в речку. А к обеду приносили бабушке

ведерко карасиков и окуньков.

Так как я засыпала плохо, появились первые мечты перед сном:

Будто мама и папа снова вместе.

А ну иди домой!"

И будто бы сестры и тетушки уважительно провожали нас взглядом,

и мы сидели вместе за столом, а мои родители спрашивали у меня,

как я там живу на улице? – такие первые мечтания.

Но когда приезжали тетушки с города, отец стеснялся загонять меня домой.

Потому, что папа был их младший братик, и они снисходительны к нему.