Запах вешних вод

– А вы мне давали на пианино играть? И я вам ничего не дам! Орать на меня – не дам, матом ругаться – не дам! Слушайте тяжелый рок!

И включаю магнитофон громче

– Не надо нам ее, твою музыку!

– А почему это, ах да! Вы не знаете английский?! Сейчас я вам переведу, о чем поют.

Я захожу на кухню, и под музыку, передразниваю отчима

– Жись ета! Буду – буда! Ни то, чито ты пражил! Буду – буда! А то, чито ты изделал! Буду – буда! – потом засовываю два пальца в рот и пытаюсь свистеть, как отчим. Но не умею, мож к сожалению…

– Я ж говорила, вот видишь! – кричала довольная мать

– А что ты говорила то? Ах да! – кричу в ответ.

Включаю магнитофон на всю катушку, а мама хитро толкнула отчима, и они захлопнули дверь кухни, прям перед моим носом. Через некоторое время оттуда потянуло коньяком!

– Ах, вы коньячку? А в каком состоянии я, вам пофиг!? Тогда нате вам, держите… – достаю из джинсов сигарету и закуриваю в квартире.

Почему то, именно курение, так для них ужасно! Отчим то, не курит, видать порядочный!

Они заметили дымок и зашли в комнату, где я, встала в блатную позу, и специально пускала побольше дыма.

Правда кашляла, курила не по – настоящему еще.

Вдруг мама кинулась ко мне! И схватила за голубо – желтые волосы.

Накрутив их на руку, она несколько раз ударила меня головой об стенку.

По стене и моим плакатам с битлами, поползла кровяная полоска.

Я смотрю на свою кровь на стене, а на меня смотрят длинноволосые парни с плаката, будто говоря: «мы все равно с тобой». Их рисовал всем парень со двора, еле дождалась очереди, когда он нарисует мне.

Мама била меня с ненавистью, вот ее ответ своей Танечке.

Ответ на все вопросы сразу, на мои недоумения, надежды.

Я специально головой вожу по стене, что б испачкать кровью всю стенку

– Вот так, а теперь прощай, мамочка.

Я лежала на полу и мерзла, и чувствовала крах всего! Речка моя, не могу к тебе прибежать, что бы ты меня пожалела!

Наконец, доползаю до кровати и легла, всхлипывая в подушку.

Я специально лежала искривившись, чтобы было неудобно голове, и почти не дышала, чтобы не пропустить ее шаги. Ведь мама сейчас зайдет, и пусть увидит, как мне неудобно и больно, и скажет тогда

" Танёк, думаешь я не понимаю, я все понимаю. Давай, Танёк, начнем все сначала, ты бросишь свои магнитофоны и сядешь учить уроки.