Канцелярский клей Августа Мёбиуса. Сборник рассказов

– Как шестой? Но ничего, я тебя провожу – ты же знаешь, что это мне почти по пути.

Как бы мою овцеокую от перенапряжения не хватил апоплексический удар.

– Но мне кажется, вы все-таки обознались.

– Ну, это вряд ли! Тебя ведь как зовут?

– Вероника. Елистратова Вероника.

– Все правильно – Вероника Елистратова. Не помнишь, что ли, как все время у меня алгебру списывала?

– Я никогда ничего ни у кого не списывала.

– Хорошо-хорошо – это я у тебя списывал.

Водитель шестого троллейбуса устало сказал, что поедет только до центрального рынка.

– А я Виктор.

Зачем мне все это?

– Так ты просто со мной знакомился?

– Ну что ты – совсем непросто.

– Но я не знакомлюсь на улице.

– А я, думаешь, знакомлюсь.

– Но все же как-то это все не так.

Я пожал плечами и замолчал, на центральном рынке мы вышли, и я проводил Веронику до дома, около которого Вероника сказала мне «до свидания» и назвала номер квартиры – тридцать девять, общей площадью сорок пять, полезной двадцать семь, маленькой кухней, но большой ванной комнатой и вот-вот поставят телефон.

Я присел на скамейку и удивленно поговорил с собой: какого черта?! что дальше?! впрочем… ни к чему не… и т. д.

***

Дома я умылся, поел и лег на диван посмотреть какие-нибудь умеренно эротические дневные сны.

Мой дверной звонок безостановочно выдавал хриплую трель, быстро приближаясь к шепоту.

Голубоглазый мальчуган с удовольствием давил хоккейной клюшкой в нежную кнопочку моего звонка.

– Уже зима наступила?

– Нет, мне папа сегодня клюшку купил, потому что мама сказала, что он жалкий придурок, мерзкий ублюдок и вонючий козел, который обманывает детей и не приносит к Новому Году обещанные подарки.

– Хорошая клюшка.

– А где Сережа?

– Вы ошиблись, Сережа здесь не проживает.

– Я один. А где живет Сережа?

– Откуда же я знаю.

– А это какой?

– Третий, четвертый – следующий, умеешь считать до четырех?

– Я до ста умею!

Обиделся летний хоккеист. Надо сходить к Георгию Григорьевичу отчитаться.

***

Георгий Григорьевич предложил мне теплого пива и соленых орешков.

– Как поживает Коромыслов?

– Нормально. Дрова рубит, самогонку пьет.