Развилка. Поэмы и были

Он знал, что женихов стада

Потопчут без пощады ниву,

Не мог беспечно быть счастливым,

Когда вокруг вода-беда.

И потому любой уклон

Сердечного их разговора

Нам сразу говорит, в котором

Есть хитрый ум, а кто – киклоп.

А третий, чувствуя весну,

В морях не плавал, не сражался,

Женился рано, размножался,

Боготворил по гроб жену.

    1974

ТОРФЯНИК

(быль)

Словно я весенней гулкой ранью

Проскакал на розовом коне.

Сергей Есенин

«Ходить здесь надо осторожно.

Вот в лёгкой зелени пырея

Сверкает будто бы дорожка —

Канава топкая, чернея,

Где трактор землю грыз, а ныне

Стена отвесная нависла.

Здесь летом душно, как в пустыне,

И воздух тут от пыли кислый,» —

Рассказываю терпеливо

Ученикам про жизнь болота,

А солнце сверху – с рыжей гривой:

От пыли стёрлась позолота.

Раскрылась пасть – корми машину.

Мелькает торф, как будто птица.

Я в передышку фото выну —

Миг, что ушёл и ночью снится.

И в нём, беспечный и бездумный,

Устойчиво, как скифский камень,

Стоит мальчишка, чуть угрюмый,

С привычными к труду руками.

Ходить не будет осторожно:

Он знает, где среди пырея

Сверкает будто бы дорожка —

Канава топкая, чернея.

Он видел, как слегка у края

Уж воду колыхнул в карьере.

Он рос трудясь, а не играя,

Открыт добру, любви и вере.

Когда менялся запах лета

На предосенний, предморозный,

Для девочки чернявой Светы

В болото лазил за рогозом.

Но вот крутнулась пыль по следу,

И торф – на новую машину.

Работают устало дети,

Я с ними гну на солнце спину.

И кажется, что на коне…

Так нет, здесь кони не проскачут.

Живёт и будет жить во мне

Мальчишка, верящий в удачу.

    1979

НОЧНАЯ РЫБАЛКА

(быль)

Иван Иванович Перов

И Пётр Петрович Водолазов

В один из майских вечеров

(Им бредень дал старик Алмазов),

Шутя беспечно и легко,

Гонимые попутным ветром,

Сошлись в лесу, недалеко

От берега речушки Светлой.

Сей ручеёк прослыл рекой

С разлива бурного в апреле.

«У старой вербы глубоко», —

Перов промолвил еле-еле.

Он первый раз ходил в ночи,

Стучал зубами от испуга

И непривычки. «Помолчи!» —

Одёрнул Пётр Петрович друга.

Как за бухгалтерским столом,

Где он полжизни проработал,

Петрович, сразу за селом

Наметив путь, шёл как по нотам.

Остановились у реки.

Излуки здесь как переулки,

А под водой лежат пески,

Что золото на дне шкатулки.