Счастливая была

У Нади раньше руки не доходили до этого окна, а теперь она радовалась тому, что не успела укрепить раму: от морозного свежего дуновения серебристая полоска росла вширь, и в сумеречном зимнем полумраке становилась похожа на заснеженный лес, над вершинами которого искрились едва заметные белые звёздочки.

Дней через восемь Надя кое-как научилась передвигаться на костылях, но по дому ничего делать не могла: навыка хватило только на то, чтобы кое-как обслуживать себя саму. Раз в два дня приходила помогать с хозяйством жена одного из Андреевых друзей, работавших в юрфирме.

Люба подметала пол, покупала в магазине полуфабрикаты и фрукты, пару раз пожарила вкусные котлетки из куриного фарша. Надя много её благодарила и в первые два дня настойчиво предлагала деньги. Та отказывалась:

– Что я, не понимаю, что ли? У самой ребёнок.

Сашка после школы жарил картошку, варил пельмени, делал тосты с паштетом, мыл посуду. Утром он вставал сам, будил сестру, насыпал ей и себе хлопьев с молоком.

Ксюша подходила к матери, чтобы та её заплела, а потом под опекой брата доходила до своего класса в школе.

– Саша, сынок, – чуть не плача от умиления, говорила Надя. – Почему ты раньше всего этого не делал?

– Раньше не надо было, – флегматично отзывался сын.

Когда дети уходили на уроки, Надя обычно смотрела что-нибудь на Ютубе или читала. Она немного умела вязать крючком, но с появлением второго ребёнка забросила это занятие, а теперь, найдя интересные ролики в интернете, затеяла вязать ажурные снежинки разных размеров и узоров.

– Красиво, – сказала Ксюша, с удивлением ощупав снежинку. – Повесим их на ёлочку.

Надя с чувством умиротворения глядела на то, как Сашка и Ксюша собирали, а потом украшали ёлку. При собственной беспомощности дети казались ей почти божествами, которые взращивали у неё на глазах мировое древо.

– В этот раз я вам и подарки не смогу купить, придётся папу ждать, – вздохнула Надя.

– Ничего. Это мы тебе купим.

Ты что хочешь? – спросил Сашка.

– Ой, да ничего мне не надо…

Сашка посмотрел на неё в упор:

– Мама, говори уже.

Чего она хочет, Надя знала давно, только скрывала даже от себя. Помолчав, она призналась сыну:

– Есть такой инструмент – калимба. Называется по-другому «ручное фортепиано». Но сколько стоит, не знаю…

Надя лукавила: она прекрасно знала, что цена этой дивной игрушки, рождающей музыку Карибских островов, около двух тысяч.