Человек, который открывал окна

– О чем ты? – Марк нахмурил брови и бросил тяжелый взгляд на коллегу.

– Сделанный тобою выбор наипрямейшим образом позволяет понять особенности характера твоей личности, – с ядовитой тонкогубой улыбкой ответил Гривасов и горделиво вздернул нос.

– Ты хоть сам понимаешь, какую чушь несешь? – У Разладина вконец пропал аппетит.

– Не обижайся на нашего Филю, Марк. Без настроения он сегодня, – отозвался Власов, который чуть поодаль выбирал себе салат. – Утренний заход с круассанами прошел не очень удачно, верно? – Он вяло посмотрел на Филиппа и чуть усмехнулся.

– Ничего. Я еще отыграюсь, – с задором добавил Гривасов. – Ублажить Вакуленко мне удалось. Правда, как оказалось, пути решения этого вопроса находятся вне его власти.

– Ублажить… Не могу поверить, что ты и этим умудряешься гордиться, – пробормотал себе под нос Марк.

Филипп занял место Власова перед стойкой с салатами.

– Скажите, а какой сыр вы добавляете сюда? – ткнул пальцем Гривасов на «Цезарь» в маленькой круглой тарелке.

– Обычный сыр. – Юноша в белом халате и поварской шапочке тупо смотрел то на салат, то на Гривасова.

– Просто я предпочитаю гауду или пармезан, – как бы вскользь сказал Филя, брезгливо сморщив нос.

– Я могу сходить на кухню и уточнить, если для вас это так важно, – замялся юноша за стойкой.

– Ой, нет, не нужно, – махнул рукой Гривасов. – Тогда положите мне рис с овощами и два ломтика рыбы… А это лосось или форель? – снова решил докопаться Филя.

– Форель, – неуверенно ответил юноша.

– Ох, лосось, конечно, лучше, но можно и форель. Просто лосось, понимаете…

Марка уже подталкивали в спину нетерпеливые студенты, а Гривасов, словно ничего не замечая, продолжал разглагольствовать о разнице между лососем и форелью.

– Твоя изысканность, Филя, такая же искусственная, как изумруд в твоем кольце, – не удержался Разладин.

Гривасов сквозь очки-нулевки прошил Разладина удивленно-злобным взглядом.

Пока все стояли в очереди, Нелюбова заняла коллегам столик в середине зала. Первым рядом с ней сел Власов, держа одной рукой две чашки кофе. Одну он поставил рядом с собой, а другую протянул Яне.

– Это вам, – он улыбнулся, мельком облизнув губы.

– Ох, спасибо, Илья Николаевич.