Ландор

 – Ты ведёшь нас на удивление уверенно, не оглядываясь, не озираясь по сторонам в поисках ориентиров. Значит, ты уже был в этой пещере и, скорее всего, не один раз, и звериные тропы, по которым мы продирались сквозь джунгли, тобою не раз пройдены. Интересно, ради чего ты каждый раз возвращаешься в этот зелёный ад, рискуя быть растерзанным диким зверьём или принесённым в жертву дикарями? Ты жаждешь романтики и приключений? Чушь собачья. Лишь только больной на голову может отправиться ради этих бредней в джунгли. Ты ищешь золото? Сомнительно.

Ведь при разговоре о нём твоё лицо выражает глубокое равнодушие и безразличие. Или это всё напускное? Хотя нет, что-то мне подсказывает: золото тебя действительно не интересует. Тогда что ты забыл, что ищешь в этом Богом забытом месте?»

Неожиданно Ландор остановился, подняв сжатую в кулак руку. Воины замерли на месте.

– Дикари? – шёпотом спросил Джон.

– Нет, – ответил проводник, вглядываясь в мерцающую темноту пещеры.

– Тогда какого чёрта мы?..

– Помолчи, командир, – жёстко оборвал его Ландор.

Вытянув из ножен мачете, ступая мягко и бесшумно, он сделал несколько шагов вперёд.

Внезапно прямо над ним мелькнула огромная бесформенная тень. Стремительный взмах клинка – и к ногам воинов, извергая потоки чёрной крови, рухнуло обезглавленное животное.

– Господи, что это за монстр? – невольно делая шаг назад, прохрипел Бил.

Странное существо полностью, от дымящего кровавого среза до самого конца длинного, толстого, словно канат, хвоста, заканчивавшегося острым шипом, было покрыто зеленоватой чешуёй из тонких костяных пластин.

Передние лапы – чуть ли не вдвое короче задних, и на всех лапах, широких, мускулистых, сверкали сталью серповидные когти. Отсечённая голова лежала в метрах пяти от туловища.

– Я думаю, на неё тоже стоит взглянуть, – произнёс проводник и, подойдя к голове, толкнул её ногой.

Голова, крутясь, проскользив по кровавой луже, остановилась в полуметре от стоящих полукругом воинов.

– Это же исчадие ада, – прошептал кто-то из воинов.

– Да уж, милое создание, – усмехнулся Джон.

Как и туловище, голова, увенчанная острыми, пикообразными рогами, была покрыта чешуёй. По всей вытянутой морде, от широких ноздрей до основания шеи, тянулись чёрные волнистые полосы. В приоткрытой мощной пасти за двумя рядами кинжальных клыков виднелся длинный раздвоенный язык. С центра широкого лба, подёрнутый полупрозрачной пеленой, с мёртвым безразличием на окружающих взирал огромный глаз.