Слишком много женщин

Но если бы вы видели, как Валя смотрит на плиту и продукты, то, даже будь вы самым большим противником стряпни, вы бы приготовили. Поверьте мне, есть люди, которые не любят готовить совсем, это их убивает.

А еще есть романы с одним героем. Я лежу сейчас на кровати в виде ватного одеяла и думаю, что мой роман именно такой. Сколько может выдержать один герой? Неделю, как показывает практика Раскольникова. Потом кто-то идет на каторгу, а кто-то ложится и вытягивается на кровати. Мой вариант гораздо, гораздо приятнее.

Только ноги мерзнут, кутаю их в одеяло, а они мерзнут.

Честно

Я шла по улице и клялась себе сделать важное дело. Прийти и сделать. Сегодня тот самый день, когда я больше не хотела вранья.

В кармане у меня лежала записка – это мой пропуск, это их пропуск. Лешка сегодня написал и прислал. Он думал, что мне, а на самом деле и им тоже.

Эльза Викторовна сказала, что важно делать важное и что это может менять жизнь. Эльза в этот момент была похожа на бога, громыхнула – делать важное! Ого-го! И я сразу поверила и стала думать, что важное мне бы хотелось сделать.

На перемене Лешка сунул записку в карман. Он меня любит. Я прочла и оглянулась. Лешка смотрел на входную дверь. Это он просто со стыда отвернулся. Я обрадовалась. Значит, правда любит. Стало так хорошо. Мне стало очень хорошо. Я его тоже люблю, хотя для «люблю» все-таки еще рано, какая любовь в 12 лет, вот окончу школу, поступлю в институт и курсе на третьем можно.

До дома от школы 152 шагов, а раньше было 176.

Я выросла, у меня теперь длинные ноги, как у мамы. Первые 65 шагов вдоль школы и забора, потом площадка, где маленькие играют. Меня раньше там мама встречала или тетя Вера иногда. Они боялись, что я пропаду. Потом тридцать шагов вдоль «Магнита», он справа, а слева футбольная площадка. Потом спускаюсь по ступенькам.

* * *

Страшно. Хорошо, что записка есть и там написано, там самое главное написано. Я не буду про себя, я про них скажу. Я про себя все знаю, я хочу про них, и чтобы они уже мне не врали никогда.

«Остаточек», как говорит мама, 20 шагов вдоль дома. У нас очень длинный дом, но подъезд крайний, поэтому шагов мало.

Консьержки нет. Сама открою. Лифт на 16-м этаже, ждать теперь. Иду пешком на пятый этаж. Открываю, кот чуть не выбежал, еле ногу подставила.

– Мама, мне надо поговорить, – лучше сразу, чтобы не затягивать и не откладывать. Мне же важно.

Во мне смелость, она раздувает легкие, а потом – через шею – мозги.