Такие обстоятельства

Всё чаще в силу соседства мне приходилось выслушивать шефовы реминисценции зрителем «театра одного актёра». Это и забавляло, и раздражало. Принимая очередного смежника, шеф ту же историю пересказал.

– Я им открыл глаза.       Не спорю. Говорю, не сладко всем. Это я понимаю. И даже кое кому светит долговая яма. Если мы… Вижу по глазам со мной начали соглашаться…

В конце дня «на огонёк» зашёл поинтересоваться и начальник отдела Берлатый. Начальнику отдела шеф просто обязан объяснить. Тот дал приют гонимой шефовой лаборатории.

Не побоялся приютить «прокажённого», когда его со скандалом поперли со второй территории, хотя отдел был совсем далёкой тематики. Шеф обязан ему.

– Я так и сяк им, и два, и полтора, – излагал шеф нынешнюю историю. – Что же вы, чурки безмозглые, не думаете о нашем общем? – говорю. – Где теперь мы в этом самом по это самое по вашей милости? И постепенно, вижу, начинают соглашаться. Не на словах ещё, но на лицах написано: «Мол, мы подумаем, и не всё потеряно и решено». А я не отстаю, говорю.

...

– Прямо в лицо? – удивляется начальник отдела, которому, как и всем, нынешний Генеральный конструктор виделся Зевсом-громовержцем.

– Прямо в их нахальные рожи, – свирепствует шеф, – за мной не задержится.

– Володя, ну, ты даёшь.

Шефу и самому смешно. Они смеются с начальником отдела, и он уже чувствует себя рыцарем на белом коне. Победителем. Не сомневается. «Поверил в себя, и ему поверили, а «голос народа – голос божий». Со стороны забавно эту комедию наблюдать. Цирк налицо.

Во всяком случае с шефом не соскучишься, и мы ему сочувствовали. Опасались только, как бы его совсем не занесло. Должно быть, шеф наш сутью своей был экстравертом и черпал сочувствие из окружающих.

Помимо служебных передряг его подводили любовные истории. Их было не мало. Находящиеся рядом жёны сотрудников, попадали сразу в зону опасности. Их необъяснимо влекло к шефу, как бабочек на огонь. Чем дело и заканчивалось. Зачастую они и сами понимали, что это хрупко и временно и вспоминали потом случившееся, как необъяснимый эпизод, которого не удалось избежать, хотя и стоило.

Как говорится, сильны мы задним умом. Теперь в фокусе его находилась соседка. Её мужа Станислава, Стаса из соседнего НИИ он перевёл к себе в лабораторию и теперь был волен посылать в длительные командировки.

Наша третья территория особенная. Она от всего в стороне. За ней сады садоводческого товарищества и торфянка, обязанная торфяным почвам. Начальство сюда не заглядывает.