На пути в прекрасное далеко. Приглашение к разговору

Зачем им Родина?

И то!

Вспоминаю себя, отмотав ленту жизни лет этак семьдесят назад:

Дни жизни своей доживая,

Узнав все щедроты её.

Я часто грустя вспоминаю

Счастливое детство своё.

Всё в радость, всё искренне, ново,

Всё важно и всё в первый раз;

Вот я пастушонок коровий,

В котомке мой хлебный запас,

И в полдень нет слаще обеда,

Чем хлеб с родниковой водой,

И послевоенная бедность

Совсем не казалась бедой.

Штанишки в заплатках, фуражка,

Ботинки на босых ногах —

Рабочий костюм у подпаска,

Но сердце моё в облаках:

Ведь я как ни как на работе,

На взрослой работе, всерьёз,

Согласно кремлёвской “заботе”

Я к ней – семилеток! – дорос.

Мне труд был завещан в наследство!

В ответ я, не будучи глуп,

За наше счастливое детство

Вождю воздавал похвалу.

А то, что жилось не богато

И дом наш – приют голых стен,

Но где-то, я думал, ребята

И это не видят совсем.

Мы, послевоенные ребятишки, воспитывались по законам советского общежития.

Народ Советского Союза буквально от зари до зари трудился над восстановлением разрушенного войной с фашистами хозяйства и являл яркий пример практически бескорыстного служения Родине.

Французский просветитель Шарль Луи Монтескьё говорил, что “законы воспитания – это первые законы, которые встречает человек в своей жизни. И так как законы эти подготавливают нас к тому, чтобы стать гражданами, то каждая семья должна управляться по образу великой семьи, охватывающей все отдельные семьи.

Если весь народ живёт каким-нибудь принципом, то все его составные части, т. е. семейства, живут тем же принципом”.

Советский народ в советский период жизни страны был единой (без иронии) семьёй и его безусловное единство воспитывало искренних патриотов советской Отчизны.

Сейчас мы, пенсионеры, при встрече с молодёжью любим прихвастнуть:

Всё чаще гложет ностальгия

По молодым нашим годам,

Когда все помыслы благие,

Когда все беды пополам.

Когда любое в жизни дело

Стремились делать сообща,

Когда душа в согласье с телом

Умела петь и всё прощать.

Когда тянулись мы друг к другу,

Делили молодость на всех,

Когда и чарочку по кругу

Пить не зазорно и не грех.

Мы громких фраз не говорили,

До гроба в дружбе не клялись;

Мы просто жили и любили

И по-другому не могли.

Мы сумели вырастить поколение, которое явилось действующей связью нас – советских! – с перестроечным поколением.