Последний молот

Слуха командора коснулись приглушенные толщиной стен крытой повозки нетвёрдые возражения Исаака и бесцеремонное «Да не съем я его, пшол прочь» сменившиеся оторопелым «Твою ж то мать! Илир пречистый!»

Вскоре Лелианна вернулась, а Исаак не иначе позабыв про удалившегося подмастерья показательно громко лязгнул затвором.

– Этого не может быть! – вид разведчица имела ни чуть не хуже, чем не многим раньше сама Элисиф. – Их перебили ну тобишь молотов. Уже как пять десятков лет тому назад, подчистую пожгли! Это просто совпадение мало ли у кого могут быть такие шрамы.

 – Лелианна попыталась заглянуть в глаза командора, но безуспешно.

– Не, это все просто вздор. – твёрдо ответила самой себе девушка, а уже в следующее мгновение прытко обнажив оба самопала, обернулась вокруг себя, подняв прицел в верх, реагируя на прозвучавший громом средь тиши, хлопающий звук. Вместе с ней молнией достав из-за плеча клеймор, изготовилась к бою и Элисиф.

Обе женщины замерли изумлением, медленно так растерянно опуская оружие.

На крышу большого экипажа опустился чёрный как смоль ворон. Птица мудрым далеко не звериным взором оглядывала их. И под этим взором с губ командора невольно сорвалось.

– Вздор говоришь? – повисло в тишине.

Ворон будто изучая женщин склонил голову на одну сторону, блеснув в свете лампы черным клювом и сединою в перьях, затем на другую. Лелианна и Элисиф синхронно под гулкий набат сердец обменялись оторопелыми взглядами, первая даже невольно взглотнула, ощущая, как птица глазками бусинками прожигает её насквозь, до самых сокровенных глубин души.

И вот многомудрый владыка небес, прервав смотрины нгеаданно глянул куда-то за их головы, глянул тревожно как недоступно простому пернатому.

У Элисиф екнуло сердце под пластиной с оттиском розы. Командор медленно-плавно тягуче-перетекающе, что присуще лишь прирождённым воинам, обернулась, боясь кабы не раздалось над её головой роковое (Кааррр..) но клятый вестник смерти не подвел её в ожиданиях.

Крик ворона гулко разнёсся над стоянкой гуляй города, нитями необъяснимого страха вползая по множеству дилижансов, по всем дозорам. Птица, взбив крыльями потоки воздуха, взмыла в высь, заложив широкий полукруг над становищем каравана.

Лелианна процеди что через зубы, ланью заскочила на козлы, гася масленые фонари. Она ровно, как и командор вперед ровняющего на бегу сиплое дыхание служки алхимика, вынырнувшего из туманной пелены.