Дом окнами в полночь. Исповедальный роман

Слаженный и проникновенный хор на клиросе нашего храма. Спешащая к службе молодая и стремительная наша мама, с нотами литургического распева наперевес…

Щекотало в носу и наворачивались слёзы. Я обращался к образу, даже не зная наверняка, по поводу чего: «Господи, помоги! Спаси, сохрани и помилуй!». Помнил мамины наставления – «Не надо просить ничего конкретного, просто молись. Господь знает все твои нужды и непременно поможет, если узрит твою искренность».

Маша закончила читать и мы, поклонившись Красному углу, вышли.

– Здорово, солдат! Поправился, или всё хандришь?

– Температуру сбили, а так ещё надо долечиваться, – отвечала за него мать, а отпрыск тёр кулачком глаза. – Он до конца и не проснулся, похоже.

– Ну, стало быть, ладно, надо отчаливать. Машину ещё успеть отогнать в гараж, время уже начинает поджимать. Давайте будем прощаться.

– Подожди, Олег, – Маша достала из морозилки пакет, – здесь стандартный дорожный набор: курица, котлеты, яйца вкрутую.

– Ма-а-ша, – я благодарно прижимал руку к сердцу, – ну зачем столько?

– Куда только всё это положить, – оставляла она без внимания моё нытьё. – Хлеб ещё, молока пакет…

– Что ж, давай в этот кофр, в коричневый. Мне же его велено сдать вместе с грузом! Забыл совсем. Вот и рюкзак Серёжин освободился. Я поцеловал Ромку и обнял сестру:

– Спасибо тебе, дорогая моя, только ты и озаботилась моей неприкаянностью.

– Ещё минуту, – Маша сняла с иконостаса маленькую, в латунном окладе, иконку Спасителя, поцеловала, широко перекрестила ею моё отъезжающее страдальчество. – Возьми с собой. Самый сильный оберег. Сильнее не бывает. Буду ждать возвращения, Олег. Ангела хранителя в дорогу. Помоги тебе Господи!

* * *

Я стоял под стендом «Отправление – Прибытие» Казанского вокзала и сочинял стихи, нагло заимствуя из народного творчества:

«Приехала Лена, упала на грудь, / Милый Олежек, меня не забудь!».

Мои немецкие часы, маршируя обратным ходом, упрямо сокращали остающиеся минуты до отправления состава с важной надписью по борту «Москва – Душанбе». Уставши торчать перед глазами пассажиров, разглядывающих расписание, отошёл в сторонку, не выпуская из вида и стенд, и выход из метро. Один раз дёрнулся к знакомому, вроде, плащику, но нет. Красивая, стремительная и длинноногая, но не она.