К югу от рая

И вот, я уже иду сквозь абрикосовый сад, откидываю простыню и попадаю в комнату. Вижу Карину, медовые взъерошенные волосы, ее стан, ее ноги. Она по-прежнему нага и лежит на том же боку, на котором и лежала, когда я уходил. Я поставил бутылку на пол и лег рядом с ней. Мне захотелось спать. Глаза стали закрываться сами собой, и я ели справился, чтобы не уснуть. Я начал ее целовать. Ноги, потом спину, и шею, но Карина не просыпалась. Я был пьян, уже с самого утра, и ей навряд ли это понравится, но делать было нечего, ее нужно было разбудить.

Ну, или мне постараться не уснуть.

Этот портвейн был хорош. Мы взяли сразу два ящика в ларьке при заводе. Проведя дегустацию всей представленной продукции, остановились именно на этом. Да, определенно, этот портвейн был чертовски хорош. Зимой мы пили белый Алушта, по рекомендации одного знакомого сомелье. Он хорошо согревал, две бутылки за ужином, записки охотника и вечер удался. Но сейчас была не зима, совсем не зима, черт возьми, на часах девять утра, а на градуснике двадцать пять по Цельсию.

А я пьян, чертовски пьян и нет сил встать с кровати, Карина спит, Мария наверняка уже поставила готовиться потрясающий завтрак, а я пытаюсь поднять себя с кровати. Решено, нужно вставать, во что бы то ни стало. Я собрал последние силы и встал с кровати. Сделал шаг и задел ногой бутылку. Она с грохотом упала об пол, и Карина вскочила с подушки. Прекрасная испуганная растрепанная она стояла на кровати и смотрела на меня, а я на нее.

– Доброе утро, любовь моя – сказал я.

– ты уже надрался? – мило спросила она.

– Бутылка портвейна еще никому не вредила.

– Сколько мы вчера выпили?

– Не так много, как хотелось бы.

– Это точно – она посмотрела в окно – а тут хорошо. Ты все выпил?

– Нет, есть еще пара бутылок.

– Открывай, и неси сюда – сказала она и легла обратно.

– Карин, там Мария, готовит отличный завтрак, и мы с тобой приглашены.

– Это потрясающе милый, но сначала портвейн – засмеялась она – неси скорей и залезай ко мне.

Я пошел к погребу за бутылкой. Достал, откупорил, сделал пару глотков и вернулся к Карине. Она также лежала совершенно нагая и улыбалась своей чудесной улыбкой. Я протянул ей бутылку и лег рядом. Она взяла портвейн и выпила.

– Отличное утро, не правда ли?

– Да, то, что надо.

– Мы должны купить еще.

– Купим, сегодня же.

– Я – потянулась она – люблю тебя.

– И я тебя. – Я любил ее, любил уже давно, и она это знала.