Сколько нужно мужчин, чтобы…

Потом меня долго тошнило-выворачивало на придорожные кустики. А когда вернулась в салон, таксист протянул огромный клетчатый платок.

– Я вчера прилетела. Встречалась со здешними друзьями. А возле «Аджарии» меня похитили.

– Похитили? Кто?

– Они не представились. Хорошо еще, не сломала шею, пока скатывалась с насыпи!

– Впервые слышу, чтобы у нас в центре города людей выдергивали! А ты кто?

– Я журналист. Меня отправили в Армению написать про землетрясение. То есть, про нынешние восстановительные работы.

А я попутно решила Тбилиси посмотреть. Посмотрела! И что вы тут все за уроды такие?

Я вцепилась в него, затрясла и, кажется, хотела укусить. Остановив машину, он обхватил меня и стал поглаживать, приговаривая: «Успокойся-успокойся!» Я попыталась вырваться, но потом затихла. А он продолжал поглаживать – все более энергично и настойчиво, шумно задышав.

Мы стояли где-то на окраине, кругом было темно и безлюдно. Разве, по близости могли колесить те бандиты, что умыкнули меня от гостиницы.

И водила попался огромный – ручища обхватом в придорожный столб. Такого не одолеть, пожалуй!

Я попыталась перехватить инициативу: «Давай завтра встретимся. Хотя бы приведу себя в порядок!»

Он запыхтел и потянул за кофточку.

– Подожди! – неминуемое насилие следовало превратить в паритетный половой акт, минимизировав проявление агрессии. – Расстегни лифчик. Теперь погладь, вот здесь. Поцелуй, ох, пожалуйста, поцелуй! Нет, больно не надо делать.

Ведь приятнее, когда нежно-нежно. Давай покажу – расстегни ремень.

И слегка куснула его за толстое ухо.

«Милица, Милица!» – рычал он, вдруг обнаружив в моем имени раскатистые «р-р», и так раскачивал машину, что она грозила перевернуться. И, наконец, рванул с горы своего живота – в пропасть.

Черт знает что!

Потом мы заснули даже. Но поутру, когда в окна забило солнце, он уже буравил меня неприязненным взглядом. И было видно, как в мохнатой его башке скрежещут шестеренки мыслей про то, что его обманули, конечно, и, на самом деле, я обычная проститутка и просто не поладила с клиентами.

И самое смешное, я сразу загундосила в тон: «Отчего мы скуксились? Рули в гостиницу, дорогой! Ой, а где моя перчатка? Ты не сидишь ли на ней?»

И между ног у него пошарила.

Так бывает: если кто-то рассказывает о своих печалях, высматривая ответную насмешку или злорадство, и тогда злодейский отблеск-таки проскальзывает по твоему лицу.