Пацаны с нашего двора

После раскатки я собрал все тренерские вещи в баул, чтобы вечером после игры его взять и уже собранный унести в автобус. Расстегнутый баул я поставил недалеко от выхода из раздевалки, чтобы наш угол могли занять ребята и расположиться покомфортней. Застегивать его не стал потому, что вечером перед игрой хотел туда положить полотенце, которое сохло на двери душа. После каждого выхода на лед, даже если я там был всего несколько минут, я обязательно иду в душ.

Второй матч, как и первый, начался под нашу диктовку, только на этот раз мы забили.

В прекрасном настроение, при счете ноль-один, мы пришли на первый перерыв. Ребята играли неплохо, мы им об этом сказали и объяснили, в чем надо добавить во второй двадцатиминутке. До выхода на лед у нас оставалось минут шесть. Команда сидела в спокойном расслабленном состоянии. Все готовились к продолжению битвы.

Чтобы не терять время зря, я решил снять подсохшее полотенце и положить его в баул. Так и сделал, а затем застегнул молнию и переставил баул подальше от прохода, чтобы он не мешал ребятам выходить из дверей.

– О, у нас новичок! – сказал кто-то из игроков, кивая на баул. Тогда я на эту фразу не обратил никакого внимания.

Времени до выхода осталось минуты две. Ребята зашевелились, начали поправлять форму, протирать стекла у шлемов, подтягивать шнурки на коньках.

– Николаич, ты, что первый день в хоккее? – неожиданно грубо обратился ко мне Василич. Мало того что грубо, так еще и при игроках.

Раздевалка замолчала.

На секунду повисла тишина.

Я не понял, что происходит и вопросительно, даже можно сказать с вызовом посмотрел на Василича.

– То есть? – напрягся я.

– Зачем ты застегнул баул? Ты, что не знаешь, что во время игры этого делать нельзя? Ты, что первый день в хоккее?

– Ни первый, – пытаясь сохранять спокойствие, ответил я, по-прежнему не понимая в чем дело. Мой тон остудил Василича и он уже более спокойно мне сказал, – Никогда так не делай, примета плохая. Застегнул баул, значит все, игра окончена.

Раздевалка зашевелилась, все выдохнули.

– Хочешь я его расстегну?

– Да не надо уже, всё ребята, пошли, – обреченно сказал главный тренер и, поникнув, первым вышел из раздевалки. Команда в суровом молчании двинулась на лед.

Я выходил из раздевалки последним. Кинул взгляд на баул и про себя подумал, не дай Бог мы проиграем.

Мы не просто проиграли. Нас разорвали и перебили. Второй и третий периоды мы проиграли вчистую.