Песок

– Любимый мой, за грубою судьбою

я вдруг расслышал песню, что нежна…

– Ты слишком занят был самим собою —

свирель Моя в молчании слышна.

– Нирваны я мечтал коснуться либо

пройти предел, где Солнца полынья…

– Но Я всегда с тобою, где б ты ни был.

И жизнь, и смерть, и что за ними – Я.

Семь минут

Та отрешённость в синих вечерах,

Когда недвижим остается разум.

И только чувства открывают сразу —

То золото в ладонях или прах.

Вглядишься – декорации стоят,

Клюка судьбы их не коснулась будто.

С ладони осыпаются под утро

Нью-Йорк, Помпея, Фивы, Петроград…

Мнут пальцы глину будущих имён,

Перемешав безумства и созвездья,

Где золотая новизна известий

Давно предсказана, как ход времён.

Сойдут потопы, омывая Дух,

Пройдут, как слезы, как весною снеги,

И ты зацепишь головой звезду,

Запутаются в волосах ковчеги.

Послушай, миг и Вечность – только сон,

Игра ума в условную полярность.

Но в сердце остаётся благодарность

За этот невозвратный небосклон.

За эти вечера, что отойдут,

И канет в Лету то, что в них открылось,

За то, что сердце во вселенной билось

Семь маленьких минут.

Песок в руке

Когда проходит время битв,

И жизнь – вне стадного теченья —

В том промежутке для молитв

Открой окно, где не болит,

Где пыль имеет назначенье.

Увидишь Истину босой.

Она смеется над тобой,

По сердцу пальчиком проводит…

И только логикой сухой

Невинности не трогай той —

Она на цыпочках уходит.

С Её уходом мир летит

К уда-то к черту на кулички,

Как ваша власть, убогий быт,

Умов разбойничьи привычки…

Дитя, Ее наивность – щит.

Она заботится о птичке.

Когда приходит время Тьмы,

И носит души ветер Кармы,

Пусть даст вам силу свет тюрьмы,

А искупление – казармы.

Вот Жизнь – в руке речной песок,

Всегда игра, всегда наощупь.

Здесь держит тонкий волосок

Миры, изнизанные Мощью.

Железный век

Пусть этот мир – одни слова,

И кукольная плоть – как плети,

Я полюбил вас, дети, дети

Цивилизованного рва.

Здесь Вий не поднимает век

Затем, что жил в Железный Век,

Где стыдно вглядываться в эти

Приметы оскуденья, сны

Растлений, искушений сети,

Где не случайно сочтены

Постели смятые цариц,

Тупые скальпели ученых,

Литература обречённых,

Исчезновенье утончённых,

Дышавших благородством лиц.