Ремонт обуви

Собирали удилища, ставили на место катушки, привязывали грузила и делали еще массу всего необходимого для начала непосредственно самого лова. Через десяток минут наш катер, заложив лихую петлю, коснулся бортом причала на другом берегу Стрелецкой бухты. Сначала в катер прыгнула собака. Это был симпатичный потомок сильно погулявшей овчарки. Она приветливо вильнула хвостом каждому из нас и по-хозяйски спустилась в трюм. Потом в катер спустился молодой мужчина. Он придержался рукой за кранец и помог сойти на борт последнему участнику нашей команды.

Как я понял, это и был дядя Коля.

– Вадим, ну собаку-то зачем? Начнет выть или лаять.

– Спокойно, мужики. Это не просто собака, это – Пальма. Проблем не будет. Не переживайте. – Вадим снял с вешалки видавший виды матросский бушлат, стряхнул его за борт и бросил в трюм на швартовные концы. – Ложись Пальма сюда, ложись.

И катер тронулся в море. В это день мы неплохо отловились. Каждый участник нашего коллектива сумел поймать по несколько заветных селедок. Это не был рекордный улов, но все были довольны.

Перед возвращением на свою стоянку, мы, как и утром, зашли на 193 причал, высадили собаку Пальму, дядю Колю и молодого парня. Дядя Коля, уже уходя, обернулся и сказал:

– Спасибо всем за компанию. И еще. Время еще не позднее. Вы бы, ребята, не торопились на базу. Встаньте тут метрах на семи. Голубой окунь зашел.

И действительно, бросив якорь метрах в пятнадцати от причала и переоснастивши снасти, мы за час надергали килограмма по три отменного окуня.

В общем, рыбалка удалась как никогда…

Прошло какое-то время. Следующий мой выход в море случился месяцев через пять. Расположившись на своем постоянном месте, на корме по правому борту, я занялся удочкой. Капитан с кем-то переговаривался то по рации, то по телефону. Я, понятное дело, «грел уши» прикидывая, на что можно рассчитывать в этом выходе. Во время капитанских переговоров я несколько раз услышал, как он обращался к кому-то по имени «дядя Коля». В этот раз выход был неудачный. Мы долго и безуспешно гонялись за рыбой.

То на Каче, то вдруг в совершенно другой стороне, на мысе Херсонес у кого-то бешено клевало, и в итоге, после череды бесконечных метаний по морю, к середине дня мы оказались достаточно далеко от места стоянки. Согласовав с уставшими рыболовами наше возвращение, капитан взял курс на Стрелецкую бухту. Идти нужно было минут сорок. Быстро свернувшись, я заглянул в рубку:

– Ну, что сегодня пролетели?– виновато спросил Вадим.

– Бывает.