Годичные кольца нашего мира

Антуан, кажется, был не просто в гневе, а говорят, бросил кубок в лицо кому-то из советников.

– Высочайшим повелением его величества, брак леди Лизабет и графа Контье был аннулирован,– вступила в разговор принцесса.– Леди Лизабет вернули в семью отца и полностью оправдали.

– И каким же образом удалось совершить подобное? Насколько нам известно, в Мероне не практикуют бракоразводных процессов.

– Моя мама – троюродная тетя матери Лиззи.

– Не самое близкое родство. И не самый высокий статус, тем не менее.

– А еще я не встречалась с супругом почти три года,– этот маленький пункт и стал тем ключевым моментом, благодаря которому король подписал прошение моих родителей, поданное королевой. – Так же за весь это период я не получала от него писем и не покидала поместье.

– За три года ни единой встречи, и не единой строчки?– не поверил принц.

– Слуги подтвердили это все на допросах. Леди Лизабет полностью оправдана,– сердито отозвалась Вивьен.

– Тогда почему она здесь, с вами? Молодая особа, высокородная леди, приятной внешности и достойного характера отправилась в Сайгору в качестве дуэньи вашего высочества. Почему ее повторно не выдали замуж?

– Потому, что никто не хочет брать в жены бывшую супругу предателя! И потому, что больше никто не желал ехать в эти горы!– не выдержав, вспылила я.

– И это все?

– А еще я не пожертвовала собой, не пожелала уйти из жизни вместе с супругом,– почувствовав, как ушел страх, довольно резко ответила Олу.– И это посчитали недостойным поведением для честной жены. Даже если муж предатель.

– И отчего же вы не решились пойти с мужем на казнь, как того требовали старые обычаи?– словно издеваясь, продолжал допытывать принц.

– Оттого, что он не заслужил ни моей любви, ни моей преданности!

– И все же, мне кажется, что в списках казненных были женские имена, помимо прислуги,– вопросительно поднял бровь герцог, внимательно следя за моим лицом.

– Вместе с графом Контье были казнены две его постоянных любовницы, проживающих в столичном поместье,– стараясь говорить равнодушно ответила брату конунга.

– И вы…

– Ваше высочество, хватит.– Тихо, но весьма решительно прозвучало над моей головой.