Годичные кольца нашего мира

Посмотрим…

** Лизабет Контье, фрейлина Вивьен Меронской

– Леди Гретта, не рыдайте. Вы позорите свиту ее высочества, – с шипением кинув платок на колени раскисшей девицы, скосила глаза на принцессу. Вивьен была бледна и застыла в каком-то трансе, но все же, как и подобает принцессе, держала себя в руках.

– Простите, Лиззи. Я стараюсь.

– Если будете стараться так плохо, я пересажу вас к Бригит и Маргарэт. Там можете рыдать вдоволь, пока слезы не иссохнут. Но напоминаю в сотый раз: от вашей красоты во многом зависит, как примет будущий супруг.

– Да, да, Лиззи. Я поняла. Благодарю, – вытерев глаза, пробормотала девушка.

В какой-то степени мне было жаль их, восемь молодых благородных девиц, отданных сайгорам на поругание. В качестве законных жен, конечно. В документах это всегда несколько иначе звучит.

Но еще больше мне было жаль себя. Если я могла выдержать почти три недели в дороге с девушками, изображая курицу-наседку, вытирающую слезы и успокаивающую весь этот выводок, то оставаться при ее высочестве всю последующую жизнь… То еще мучение.

– Леди Лизабет, – отдернув занавеску кареты, вопросительно посмотрела на капитана стражи, – мы можем сделать остановку сейчас или уже через три часа на границе.

– Давайте небольшой привал здесь.

Кареты чуть замедлились, сворачивая с тракта, и плавно затормозили. Дверца открылась через несколько минут, и,приняв помощь одного из стражников, мы не очень изящно вышли наружу. Весна уже была в самом разгаре, и мы не сильно страдали от погоды, но, все же, столько времени в дороге было провести довольно сложно.

Я чувствовала себя грязной, неряшливой и чертовски помятой. И это при том, что статус позволял мне ехать в простом темном платье с одной единственной камеей на шее, тогда как девушки должны был путешествовать в нарядных платьях и ярких гарнитурах, от которых к вечеру начинало натирать шею.

Даже ее высочество, снося тяготы путешествия с поистине королевской сдержанностью, уже неделю как заматывала шею тонким газовым шарфом. Вивьен выбрала самую малую парюру среди своих украшений, но даже в ней путешествовать было накладно.