Фокус гиперболы

Попытка удовлетворить его (не дай Бог!) может привести к весьма нежелательным последствиям и погубить раритет. И потому – сначала Ереван! И обязательно сообщи госпоже Восканян о дате и времени прибытия. Она встретит тебя.

Маршрут (авиа): Ларнака – Бейрут – Ереван. Обратись к адвокату Димитриу. Он все организует.

Доброго пути тебе, сын!»

Петр протянул руку, снял трубку телефона, набрал номер адвоката Димитриу и, когда с ним соединили, передал ему разговор с Ксандопуло. Тот выслушал, попросил чуть подождать, пошелестел чем-то и сообщил, что ближайший авиарейс Бейрут-Ереван будет выполняться через два дня и, если эта дата устраивает Петра, он, Димитриу, возьмет на себя организацию поездки.

На том сошлись, и Петр повесил трубку.

В кабинете на первом этаже менеджер пансионата тоже повесил трубку: «Итак, господин Питер Хук, он же Петр Крюков собрался в СССР. Хм, вот как, интересно».

Глава VIII. Армянский транзит

Аэрофлотовский ТУ-154 развернулся над Ереванской долиной, скользнул над окраиной города, выравнялся и через пару минут уже катился по взлетно-посадочной полосе к пассажирскому терминалу аэропорта «Звартноц».

Выйдя из зоны контроля в зал, Петр растерялся. Огромная толпа встречающих заполонила терминал, галдела, шумела, суетилась, бросалась к своим, волнами переливаясь туда – сюда.

Сосед Петра по авиасалону, сносно говоривший по-русски, в самолете объяснил ему, что большая часть пассажиров – это репатрианты, возвращающиеся на историческую родину.

В Ливане вновь стало неспокойно, и внушительная армянская колония пришла в движение. Кто-то подался на запад – во Францию, США и Канаду – кто-то в Армению.

Толпа начала редеть, и в одном из просветов Петр увидел у входа миниатюрную средних лет женщину с ищущим взглядом и листком бумаги в руках. На листке коротко значилось – «Крюков». Петр облегченно вздохнул и направился к ней. Поздоровались, познакомились, Петр принял соболезнования по случаю смерти отца, и Каринэ Восканян повела гостя к парковке, где их ожидала служебная машина.

– В гостиницу или сразу в Матенадаран? – спросила госпожа Восканян своим мелодичным контральто с мягким, ласкающим слух акцентом и восходящими на французский манер дифтонгами.

– В Матенадаран, пожалуйста, – Петр похлопал по своей дорожной сумке из крокодиловой кожи, – я хотел бы сразу передать контейнер и все бумаги. Мне так будет спокойней.

– Хорошо. Водитель потом отвезет вас.