Харбинский круг

Ему – товарищу Сталину – в отношениях с его «гирканами» и «аристовулами» удалось поставить себя на место Гнея Помпея. Вот так! Если вам будет интересно, я как-нибудь расскажу каким образом, прежде чем отправить Троцкого в ссылку в Алма-Ату, Сталин продемонстрировал свои блестящие способности, уничтожив его теоретически, идейно. Троцкого! Теоретика и трибуна большевизма!

– Господин Каеда, скажите, вы антисемит?

– Упаси бог, нет, я историк. Правда, теперь это всего лишь увлечение. А когда-то, по молодости, это было смыслом жизни и настолько захватило меня, что, представляете, я даже изучал латынь.

 Да. Но мы отвлеклись, вернемся к нашим баранам. Итак, наше сотрудничество. Я вам скажу откровенно, полковник, мне не очень по душе и как-то настораживает сама постановка задачи и будущее поле совместной деятельности. Имеется в виду тибетско – гималайская тема. И дело не в сложности, не в моральном и не в профессиональном аспекте. Нет. Я офицер, я на службе и должен выполнять приказ. Но что-то интуитивно, подсознательно, беспокоит меня. Скажите, вы не чувствуете что-либо подобное?

– Нет, – ответил Николаев, – не чувствую. Меня как раз в большей степени волнуют организационные, профессиональные, практические аспекты этого дела. И еще, откровенность за откровенность. По нашим сведениям, предполагается выполнение поисковых работ силами совместных экспедиций: германских национал-социалистов и советских коммунистов. Очень уж странен, на мой взгляд, этот союз.

– Что же тут странного? На вашей родине всем правит, вы, господин Николаев, не хуже меня это знаете, так называемый классовый подход ко всему, в том числе к морали и политике. А это очень удобная вещь для оправдания любого союза, для придания вполне нормального вида любому явлению. А уж германские партайгеноссен и вовсе освобождены от всяких предрассудков. Так что ничего удивительного.

– Не в этом смысле. Странно вообще участие коммунистов в этих поисках, если посмотреть на это с точки зрения их теоретических установок: диалектики, материализма и кучи всяких законов.

– Да, здесь есть вопрос, господин полковник, но ни вы, ни я не знаем точно их договоренностей и можем только догадываться, что их объединяет и какие цели преследует каждая из сторон.

Каеда выразительно посмотрел на часы, извинился, что отнял много времени, испросил разрешение нанести визит перед отъездом из Харбина и встал. Николаев и японец расстались.