Игра стрелок

Иринка, окончив школу с золотой медалью, поступила в педагогический институт и начала усиленно готовиться к борьбе с неграмотностью советского народа, а в первую очередь, с детской неграмотностью, выбрав профессию учителя начальных классов.

За год до красного диплома, Иринка влюбилась впервые в жизни, да так серьезно, что была готова хоть завтра под венец…

– Ни за что! – категорически заявила Елена Павловна, – вот получишь диплом и хоть замуж, хоть в Сибирь, хоть на Луну!

– Мама, но … – открыла было рот Иринка.

– Только через мой труп!

Отец тоже не поддержал Иринку, как всегда встав на сторону супруги, а жених подумал-подумал, да и женился на соседской Светке, которая вскоре родила ему сыновей-погодков. Иринка проплакала год, но красный диплом все же получила. Устроилась учительницей в свою бывшую школу и принялась «бороться с неграмотностью».

Весной 1937 года Иринка прибежала домой сама не своя, держа в руках свежий выпуск газеты «Комсомольская правда», в котором было опубликовано письмо комсомолки-дальневосточницы Валентины Хетагуровой, призывавшей девушек приехать на Дальний Восток в новый молодой город Комсомольск.

– Ни за что! – заголосила Елена Павловна. – Ты хоть представляешь, что такое этот Дальний Восток?

– Молодежная стройка, открытые и честные люди, тайга и… романтика, – начала перечислять Иринка.

– Комары, мошкара, отсутствие больниц, школ и нормальных условий для жизни! – перебила ее мать, – и толпы мужиков, давно забывших, как себя вести с женщинами! Зачем тебе это, доченька?

– Мама, ты сама чуть ли не ежедневно спрашиваешь, когда уже я выйду замуж и рожу тебе внучат! Вот и рожу, раз там толпы мужчин! Уж хоть один достойный там точно найдется, – безапелляционно заявила Ирина и отправилась в свою комнату, паковать чемодан…

Восьмого апреля 1937 года Иринка Светлова села на Ярославском вокзале Москвы в поезд, отправляющийся в Хабаровск, вместе еще с сотнями таких же простых девчонок, откликнувшихся на призыв Валентины Хетагуровой.

Зимой 1938 года Иринка Светлова (в замужестве Тополева) умерла в родах, единственная «трехтонка», застряв посреди зимней тайги так и не смогла преодолеть 400 километров до Хабаровского родильного дома…

P.