Улетел на рассвете

Я бы рыбкам кусочки еды вожделенной

Разделил и раздал. И потом бы поплыл

К горизонту, чтоб встретить рассвет вдохновенно

И вдохнуть его в лёгкие что есть сил, —

В новый день, что пришёл бы с таким ароматом

Той картофельной бабки, что в юности той,

Где я в Минске на небо глядел страстным взглядом,

Был порывист, влюблён был и смел, как герой.

В эпоху рыцарства

Под Минском прекрасным врата горячи.

Эпоху рыцарства вновь возрождая,

Под смех громогласный сверкают мечи,

Доспехи горячим дыханьем пылают.

Там рыцари высокомерно в седле

Все мечут и копья, и стрелы.

Щиты защищают. И сердце в огне.

И предков характер в них смелый!

И дух боевой в тех потешных боях,

Плечом у плеча встанет крепость.

И смерть не страшна в этих смелых ролях.

По-прежнему в Родине – ценность!

В гармонике громкой той – пламени рок.

Танцуют «Лявониху» люди,

«Юрочку» танцуют и «Крыжачок»,

И парами – птицы танцуют.

И каждый из нас – смелый рыцарь опять,

Желает служить милой Отчизне.

И я просыпаюсь, чтоб предкам отдать

Вьетнамскую Дельту совсем бескорыстно.

Узбекский чай

Спасибо поэту Хосияту РУСТАМУ за чай!

Запах тонкого чая окутает комнату,

Солнце утром откроет пошире окно.

И напьётся земля ароматами досыта,

Поделившись с морями по самое дно!

Мы с друзьями на чайной такой церемонии

Породнимся теплом поэтических строк

С тем поэтом из Азии, что для гармонии

Нам отправил посылку на Дальний Восток.

Вкус прекрасного чая уводит нас заново

По старинному Шёлковому пути.

У величия храмов вьетнамских узнаем мы,

Где рецепты узбекского плова в чести.

Пусть традиция вольно распространяется,

Как народная песня звенит на ветру,

Лошадиною гривой бамбуковых зарослей

Поле степью пусть станет для нас поутру.

Платок «Белобог»

Посвящается переводчику Маруфу Ташпулатову

Я накину «Белобог»-платок на платье,

Когда ветер пробирает до озноба.

Пусть друзей моих прекрасные объятья

Отогреют сквозь разлуку светом тёплым.

Мне платок напомнит цвет медвяной дыни,

И цветущую калину в белой пене,

И тюльпаны, что до лета середины

Отцветут. И юной цапли пенье.

«Белобог»-платок гнездом так связан,

Чтобы пух окутывал мне шею,

В лучезарном сне его я счастлив

И взлечу рассветным сильным змеем.