Проклятые Cердца

Уголки губ Хякухея слегка изогнулись в намеке на улыбку. Все внутри него замерло, когда он вдохнул. «Это запах жрицы, который напугал демонов сегодня ночью… я действительно верю, что она вернулась домой».

Глаза Тама загорелись темным возбуждением. «Моя сестра наконец-то вернулась к нам?» Он выбросил свои чувства наружу, пытаясь почувствовать ее, используя силу, которой Хякухей поделился с ним. Он глубоко вдохнул, пробуя сладость воздуха, но он также мог ощутить силу хранителей поблизости.

Если бы они просто отпустили Хякухея с миром к его сестре, то ничего этого не случилось бы. Они злые существа… думая, что они лучше демонов. Это была вина хранителя, что демоны напали на его семью, когда они впервые пришли в этот мир.

По их прибытии демоны вырвались на свободу... убив его и его родителей, потому что Хякухей был ранен в ту секунду, когда Тойя разбил Сердце Времени. Эта травма стоила повелителю демонов контроля над демонами на некоторое время.

Хякухей все еще был внутри временного портала, когда он был разрушен… заставляя его материальное тело превратиться в тень, чтобы не быть уничтоженным. Если бы хранители этого не сделали, то Хякухей остался бы под контролем демонов. Ни Тама... ни его мама с папой не были бы убиты.

Хякухей нашел его лежащим в своей кроватке. Демоны не повредили его тело, как они повредили его родителей, но он все равно был мертв. Вспоминая, как сильно жрица любила своего младшего брата в прошлом… Хякухей использовал свои оставшиеся силы, чтобы стать достаточно здоровым, чтобы вдохнуть в него часть своей жизненной силы, оживляя душу, которая еще не покинула тело.

Все это время он и его спаситель оставались скрытыми от хранителей, ожидая возвращения Киоко. За последние годы Хякухей постепенно восстановил часть своей силы, но она все еще истощала его, когда он использовал эту энергию, чтобы превратить свое тело из тени обратно в плоть и кровь.

Много раз, когда Тама был ребенком, он молча спрашивал Хякухея, почему они не послали демонов напасть на хранителей. Он просто ответил: «Нет необходимости в войне, когда еще не за что сражаться».