Тутытита

А дело тем временем дошло до Москвы, до самого атомного министра, который, впрочем, в атоме понимал только то, что там что-то опасное есть. Через месяц акты доползли и до нас, до Питера. Долго наша конструкторская профессура их нюхала, пробовала на прокуренный коричневый зуб, пока наконец не завизжала – какого рожна я подписал акт на пятидесяти листах, а там была фраза, на двадцать четвёртом листе, которая ну никак, никак не должна была быть. Я не знал, что им всем на это ответить. Подпись действительно была моя.

Как всегда, красивая, но по резким, дёрганым стрелкам я видел, что злая такая подпись.

Потом подъехал и клапан. Вскрыли коробку, поглядели – клапан не тот. Стали звонить северянам. Те изумились и сказали, что какой я им указал, тот и прислали. А я что ж – тоже сказал, что какой мне клапан наверх подняли, тот я и записал, на него же и указал к отправке. Клапан отправили обратно на флот.

4.9

После видяевской аварии меня послали на другую базу северян – «Западная Лица» – на очередное обследование.

Это куда мы с Андреем привод возили. В связи с последними событиями мне надлежало три клапана всё-таки разобрать, как того требуют наши программы.

Я поехал один, потому что Андрея перед самой моей отправкой Лариса зачем-то послала на два дня куда-то с какими-то бумагами. После Видяева у нас в КБ улыбаться стало дурным тоном, а серьёзная обстановка – вот прямо совсем не моё, поэтому я поехал с радостью. Эта командировка – моя последняя, самая трудная, в ней-то я чуть не умер во второй раз за всё КБ.

В первый же день прибытия на базу я бросил ноут в гостинице и поехал к начальству, дабы передать им, что я уже тут.

Меня встретил не сам Окунёв, который как раз там главный, а один из его помощников. Я сильно обрадовался, когда узнал в помощнике Васю – мы с ним один факультет заканчивали, только он на два года старше. Васька, после того как слёзы радости нашей встречи просохли, был немало удивлён тем, что на одной из боевых лодок таки придётся разбирать три клапана.

Про Видяево он, конечно, слышал, но думал, что его лично это никак не коснётся. Коснулось вот. Погоревал по этому поводу. Но что делать: надо, требуют – значит, надо.

Я посчитал задачу на первый день выполненной и уехал обратно в гостиницу.

Теперь о гостинице Западной Лицы. Сама эта база – штабная для нескольких дивизий, и посему в гостинице был произведён почти полный, почти евро, почти ремонт.