За листопадом небо. Мужской роман-исповедь

Мать, когда ей надо было на смену, а брат еще находился на занятиях или на подработке в клинике (он был студентом медицинского факультета), оставляла меня, малыша, у герра Вилли Моритца. Мне он разрешал более фамильярную форму обращения: опа Вилли /*нем.: der Opa – дед/. Т ам-то я, наверное, и заразился «вирусом искусства».

Его двухкомнатный мирок был полон картин и красок. На обеденном столе всегда сохло какое-то новое полотно. Масло. Рядом стояла чашка недопитого кофе, в пепельнице дымилась сигарета. Я не припомню, чтобы он что-то вообще ел.

Эта неуютная, с совершенно ободранными стенами, никогда не прибираемая квартира художника Вилли и витающая повсюду атмосфера творчества и въелись в меня, навсегда и навечно, как только один возможный вариант будущего ремесла и профессии!

Кстати, там я впервые увидел и рассмотрел медленно и в подробностях женское обнаженное тело. Сначала на картинах, а потом вживую, когда Вилли писал с натуры. Но лишь одна модель – какая-то юная студентка, девочка, имени которой я уже не помню, привлекала меня.

Влюблялся ли я с первого взгляда после? Нет. Я увлекался! Потом это проходило.

Первую близость с женщиной я помню как вчера. Это случилось в небольшом ресторане на вечеринке, которую оплатили брат и мама. Мне исполнилось в тот день восемнадцать лет. Она была моя однокурсница. Эмили. Спешный секс с ней на один раз. Мы уединились в авто ее старшей сестры.

Это не было занятием любовью.

А вот чтобы влюбиться, мне нужно удивиться. Восхититься Ею! Ошарашенно остановиться и смотреть на возникший объект симпатии. Иначе я уже через пару часов общения с девушкой начинаю скучать. Если не удивляться и не иметь желание прежде всего слушать ее, а потом уже обладать.

«Странно!», – скажет любой. Наверное. Но наличие длинных ног и красивой формы груди, как бы я ни сожалел, не предполагает присутствие интеллекта в симпатичной головке той или иной мадемуазели.

Помните этот бородатый анекдот «А поговорить?!». Вот-вот! Мне иногда не хватает интересной собеседницы рядом. Нет, не спорщицы, брызжущей слюной от того, что ее распирает показать, какая она незаурядная, с необычайно высоким IQ. Не достает другой! Такой, чтобы во время нашего с ней общения возникало чувство единения душ. А от него уже хочется прикасаться к этому сокровищу.