Шарм серебряного века. Филологиня

– Да ты пришел за ним, – она твердит, —

Остановись, не любит он поэтов,

И комиссар под окнами убит,

И скоро призовут ее к ответу,

Но алиби у Анны знает бог,

Хотя они его там распинали,

Перед отплытьем в городе тревог.

На Невском снова призрак возникает

Кого-то мертвым в этот час нашли,

Очки снимал Ежов, молчал устало.

И таяли, и таяли вдали,

И пусто нынче, палачей не стало.

И всадники летят в иную даль.

Все тяжелее Анне оставаться,

И повторять, что ей безумно жаль,

Жалеть себя и с ними распрощаться.

Стареть одной, венки плести для них,

Среди бандитов пьяных растворяться.

И  Фауста  с поэтом в снах своих

Опять встречать и тихо улыбаться.

Поэт и его Муза

Третий день мороз крепчал,

Грусти не было исхода,

Лишь поэт стихи писал

От заката до восхода,

Крепкий чай и бублик там

Он просил, забыв про время,

Муза шла там по пятам,

Я в талант его не веря

Видела как он устал,

И как хочется покоя.

Но писал, писал, писал,

Домовой, как ветер воя,

Мне на что-то намекал,

В башне из слоновой кости

Ни покоя, ни зеркал

Мастер мой серел от злости,

Крылья снова расправлял,

Уносился вдаль мечтами,

Третий день мороз крепчал,

Стыл в бокале крепкий чай,

Было пусто временами

Солнца слабые лучи

Прорывались из-за тучи,

Муза, детка, отпусти

Сколько можно душу мучить.

И она сказала «Нет»,

Мне он, ангел мой, нужнее,

Пусть оставит дерзкий след.

Я перечить ей не смею.

Где-то в пустоте зеркал

Он опять не отразится,

Третий день мороз крепчал,

На лету замерзла птица.

– Ты довольна, спору нет,

Не очнется он, я знаю.

Но останется ПОЭТ,

Где-то там, у двери рая.

А она молчит во тьме,

Руки протянув к камину

Это там огонь в огне

Полыхает так невинно.

Рукопись его сгорит,

Не останется надежды,

Но у музы гордый вид

И прекрасные одежды,

Ради этого всего,

Он готов парить и таять

И скрывая торжество

Знать, ее он не оставит

Первая среди равных

Ахматова Анна Андреевна…

Зачем повторяю я снова

Отчаянно, странно уверена,

Хватаясь за жест и за слово.

Пути мои все перепутаны,

Надежда до срока растаяла.

Каким-то последним салютом

Там вспыхнет Марина Цветаева

О да, маскарад продолжается,

Я знала, и в это я верила,

И в душах заблудших останется.

Та третья, темна, не уверена.