Про женщин, секс и про любовь

На кровати лежит Катя, устало потягивается, зевает. Вдруг видит меня.

– О! Решил меня тут навестить?

– Обыскался.

Ложусь к ней на кровать рядом, руки держу при себе. Обсуждаем максимально отвлечённые вещи и сами не замечаем, как начинаем обнимать друг друга. Суть того разговора я уже и не помню точно, но начал рассуждать на тему наших с ней отношений.

– Ты ма-а-аленький ещё… – улыбаясь, заявляет Катя в ответ на моё косвенное предложение начать отношения.

– Нет! – отвечаю я, удивлённый ответом, так как был всего на год младше, – так говоришь, подумать, ты уже старуха…

– Ну, не… – хихикнула Катя.

– А чего тогда говоришь?

– Ну, а если так… Что я сделаю?

– Хм… Может, мне тогда тебя педофилкой называть, – я широко ухмыльнулся.

Катя снова рассмеялась.

– Ну, нет! Это ни в какие ворота!

– Тогда и не называй меня маленьким.

– Но ты же маленький!

– Нет!

– Докажи тогда, что нет!

Я прижимаю её к себе и начинаю целовать. Ей вроде бы нравится на первых порах, но вдруг она резко отпрянула и вскочила, успев выдавить из себя:

– Я так не могу…

Перед поцелуем я стал свидетелем, как в комнату заглядывал Толя, застав нас вместе.

– Слушай, вот как ты думаешь, какая девушка ему подойдёт?

– Ты его знаешь дольше, тебе и виднее… – отвечаю я.

Долго обсуждаем. Потом заходят близняшки. О том же говорим и с Галей.

Вдруг, спустя несколько минут, возвращается и говорит мне:

– Там на кухне Толик сидит, с тобой поговорить хочет.

Я подрываюсь, понимая, что он явно сейчас будет высказывать претензии, по поводу нас с Катей. По пути на кухню мысленно готовлюсь к конфликту и рассуждаю про себя, что ему сказать.

И вот захожу, вижу его. Тот явно не в духе.

– Что случилось?

– Да собираюсь уходить. Ты пойдёшь?

– А чего так? – удивился я.

– Этот лысый Стёпа меня как посыльного отправил за сигаретами.

– Что?! – во мне сию же секунду проснулся берсерк, – за сигаретами?! Они охренели?!

– Их пойди спроси.

– Пошли вместе спросим! – гневно отвечаю я и буквально тяну Толю за одежду с одним только желанием спросить с них за то, какого чёрта они решили из моего пусть и неблизкого, но друга сделать шестёрку. Тот подобным образом поступать не захотел.