Смерть Семенова

С Бывшевым-старшим произошла удивительная метаморфоза. Забыв про сына, осанистый носитель гордой фамилии вдруг ссутулился, уменьшившись в размерах. Олег с изумлением наблюдал эту перемену.

– Так точно, – кивнул он робко.

– На документы могу взглянуть? Пройти разрешите? – милиционер кивнул в сторону кухни.

– Да-да, конечно, – очнувшись, зачастил отец. Кивая, показал рукой в кухню и тут же суетливо побежал туда первым. – Нет-нет, не снимайте, так проходите, – запротестовал он.

– Кто эти люди? Родственники? – кивнул милиционер на Олега с матерью.

– Так точно, родственники, – с готовностью подтвердил отец. – Жена, сын. Чайку будете? Вы не сомневайтесь, гражданин начальник, у нас документики в порядке. Прописочка имеется. Все как положено. Принеси паспорта, – крикнул он жене, а та уже сама бежала к шкафу с документами.

– Что же это вы, гражданин Ефимов, вовремя не отмечаетесь? – укоризненно обратился милиционер к отцу. – Встали на путь исправления, так уж идите, не сворачивайте. Вышли по УДО, так уж будьте любезны.

– Виноват, гражданин начальник. Ошибочка вышла – сконфуженно пробормотал отец. – Не Ефимовы мы. Бывшевы мы.

Жена разложила перед гражданином начальником красные книжечки.

– Тааак, – удивленно сказал милиционер, раскрыв паспорт отца. – То есть, вы не Валерий Ефимов?

– Никак нет, – с готовностью отозвался отец.

– Как же так, – офицер извлек из планшета сложенную вчетверо бумажку. – Это ведь квартира 17?

– Так точно, – подтвердил отец. – Семнадцать. Вытянув шею, он заглянул через плечо офицера в бумажку, исписанную от руки.

– Ну точно. Там зэк какой-то живет в одиннадцатой. Это на втором этаже – отозвалась жена.

– Извините, – офицер встал, – вышла накладка. Прошу прощения за беспокойство. Я новый участковый, еще не успел со всеми познакомиться.

– Ничего-ничего-ничего, – снова зачастил отец. – Хорошо, что пришли. Заходите еще, всегда рады. Живем мы в соответствии.

– Ну, если в меру и тихонечко, то можно, – успокоил отца мент. Тот захихикал, закивал и побежал открывать перед офицером дверь.

– Вы только обратите внимание, товарищ участковый, – заговорил он уже на пороге. – Крайне сомнительная публика у нас в подъезде. Не только этот зэк, хоть бы посадили его поскорее. Я бы тут много кого пробил. Вы уж возьмите на карандашик.