Сказки хмурого волшебника

Пекарь бросился к ближайшему дому, замолотил в окно. Из окна выглянула сонная женщина:

– Господин пекарь? Что случилось? Почему вы машете в сторону моря? Что там?

– Дети! – не выдержал он.

Женщина ахнула, и уже через мгновение выбежала на берег вместе с мужем. Он бросился в воду, она принялась кричать, откуда-то появилась целая толпа рыбаков, пловцов, простых людей. Скоро лодка с детьми была на берегу.

Никто не обратил внимания на немого пекаря. А он выложил свой пирог на подоконник отозвавшейся женщины и повёз тележку к дому мельника.

Одно слово осталось у него. Всего одно слово. Но и его могло бы хватить.

Через неделю слегла с простудой его сестра.

Весь день она работала через силу, всю ночь ворочалась без сна, а с утра не смогла подняться на ноги.

Пекарь сбегал за доктором, а сам целый день разрывался между прилавком и печью. Его печенья подгорели, вафли остались сырыми, у троих покупателей он забыл взять деньги, у одного чуть не взял плату дважды.

Странный звук отвлёк его внимание: тихий и равномерный. Ровный гул, с которым крутятся колёса у тяжёлой тележки, везущей мешок с мукой.

– Добрый вечер, Ганс, – сказала дочь мельника, останавливаясь возле его крыльца. – Хорошая погода сегодня.

Он поднялся ей навстречу.

– Я привезла молока для вас и вашей сестры: вы, наверное, сегодня и пообедать не успели. Я могу помочь. С утра буду работать с отцом, но к полудню наверняка приду. Я умею печь хлеб, честное слово. И торговать. И ухаживать за больными тоже.

Он взял её за руку и впервые посмотрел прямо в глаза.

А слово, единственное оставшееся слово, он ещё непременно использует. Когда-нибудь потом. Например, когда решит позвать со двора заигравшуюся дочь или окликнуть задремавшего сына.

Мало ли в жизни случаев, когда стоит сказать слово?

Мышка

Жил-был на свете старый и недобрый волшебник. Долгое время он жил спокойно: собирал себе травы, читал книги, раз в неделю ходил в соседний город и время от времени колдовал, выполняя просьбы местных жителей или дальних гостей.

После того, как девочка стала его ученицей, забот у волшебника прибавилось, но он не жаловался.