Персональный Пророк. Поэзия оттенков

Вы волновались, я же сомневался,

Любая встреча есть эксперимент.

Наверно, за себя я опасался,

Вдруг вы решите – он не претендент.

И избегая будущих упрёков

Признаюсь, честно, я уже бывал

Клиентом дев, торгующих пороком

И в роли мужа трижды выступал.

Не буду спрашивать, кто вам был дорог,

Кто место занимал для вас в кино,

Теперь нас двое, нам уже за сорок.

Все остальное сны – тогда, давно.

Мы здесь, сейчас, два прототипа вида,

Два антипода зрелой правоты.

Два божества, привитых от ковида,

Снимаем маски – перейдём на Ты!

Где эта улица

Простите мисс, как улицу зовут,

Не вас, а улицу, я не ошибся.

Знакомство с Вами лишь бесцельный труд.

Чего бы в результате я добился.

Важнее здесь, важней всего сейчас,

Названье улицы для пилигрима.

Нет времени на поиск про запас,

Утрата прошлых лет невосполнима.

Я шёл сюда, минуя смерть и жизнь,

Рядами улиц, мрамора и пыли,

Перебирая множество отчизн,

Скитания маршрут мне проложили.

Мне не хватало литеры одной

В названии десятка схожих улиц.

Встречал, увы, я только разнобой

И всем доступных в этом мире спутниц.

Путь сложен был, извилист и тернист.

Довольно часто в спину мне плевали.

Но я найду дарившую мне смысл

И улицу, что в честь неё назвали.

Увы

Смывает дождь следы, но не поступки.

Что сделано то сделано – увы.

Прокручен день в житейской мясорубке

В безвкусный фарш, но с запахом халвы.

Что завещает день, во след, грядущий-

Венок терновый, суповой набор?

Толкает в спину позади идущий,

А я упёрся в каменный забор.

Пустой перрон я вижу в сновиденьях,

Припоминаю, там стоял и я.

Теперь порты, вокзалы – только звенья

В стальной цепи из дней календаря.

Я не боюсь быть понятым и слабым,

Мне не страшны враги в лице друзей.

Все деньги мира за совет бесплатный:

Зачем качать пустую колыбель?

Выстрел

Кто первый выстрелил, никто не помнит,

Возможно по ошибке, не со зла.

Но выстрел сделан, флаг отмщенья поднят,

Мечта о мире в муках умерла.

Начало есть, а дальше все по схеме.

Шакалы голосуют за войну.

Кому-то вилы в бок и камнем в темя,

А прочим яд в вине, как в старину.

Месть подают холодной, только с кровью,

Кому острей, пусть кушает с ножа.

Не помешает крест у изголовья

Признать убийство верхом куража.