Жизнь, Живи!

…Шёл потом, дыша, ногами моими по улицам города, смотрел глазами моими на живых людей и на живых собак… Спал потом, наверное – дыша, вот на этой смятой постели… Но всё уже, чувствовал, – с обновлённым сердцебиением.

Загадка загадалась – и этим… разгадалась.

Искалось лишь, ощущал, слово.

И – вот:

–– Жизнь! Это! Отдавание!

Само метание моё теперь по комнате, сама горячность моя в теле, сам порыв меня из меня.

Единственно верное сейчас говорю – будто никогда в жизни ничего не говорил.

И я как-то…

–– Правдиво беспокоен!

–– "Я здесь".

Здесь?..

Да, я как никогда сейчас здесь.

То есть: у самого истока невидимого, но ощутимого разума, Разума.

И – торжественность вокруг.

И торжество – во мне.

…Зашуршал под окном оранжевый осторожный свет такси – кто-то что-то кому-то отдаёт!.. В эти четыре тёмные часа.

В мои, в мои.

–– Я это ясность и новость.

–– "Здесь. Здесь".

Любовь это призыв.

Посылание призыва и восприятие призыва.

В тот вечер я, как всегда на людях, был слегка скованно раздражён.

Говорили о знакомых и о знакомых книгах. То есть, конечно, попросту болтали.

С людьми, прежде всего, скучно. Они всё узнают друг от друга. А не каждый сам от себя.

Поэтому и хорошо, что все пили, – и можно было мне пить.

Как и при любом общении, я затаённо и гневно ощущал своё, моё, обычное: чего-то всем от меня надо!..

Летя привычно в бездну моей искренности, мне, признаться, любому собеседнику и любой аудитории – кто бы знал! – сначала так и хочется выпалить в глаза:

–– У меня всё есть!

А – собеседнице?.

В компании той разбитной она одна… иноземно молчала.

И с ужасом, тем – первым, я ощутил, что она сейчас обо всём, что тут видит и слышит, судит… по моим глазам. И если мы посматривали друг на друга – то словно бы каждый раз знакомились заново.

И казалось мне уже грехом сказать ей, опытно и брезгливо, взглядом:

–– Да с какой стати!

Наоборот: с первого мига её присутствия рядом… не хотелось, по моей природной мечтательности, ни у кого ничего о ней спрашивать.

–– Павел.

–– Даша.

Плавная, осторожная…

Люди когда слишком близко возле меня, состояние моё обычное – стыд и возмущение. Стыд – за то, что у меня есть глаза, уши, руки, желудок и прочие органы и члены… И – возмущение: оттого что они, люди, обо мне полагают, будто это всё – для них!..

–– Но я уже служу.

–– "Занят".

–– Стыдно просить! Стыдно принимать!

–– "Желать. Благодарить".