Под покровом минувших лет. Пристрастные хроники из XX века

При появлении новых червонцев на рынках украинских городов их курс начал быстро возрастать. Но в Черниговке только и слышали о новых деньгах. Парфентий Захарович копил деньги на корову. Накопленная сумма, конечно, была в рублях совзнаками. Сегодня только приходится удивляться его сообразительности и решительности.

В конце ноября 1922 года Парфентий Захарович собирается и выезжает в Полтаву, где в обороте уже было много червонцев. С утра на рынке он решительно меняет всю накопленную сумму на червонцы. На полученную сумму без малого можно было приобрести хорошую корову.

Весь день Парфентий Захарович провёл на базаре, выбирая и покупая различные вещи. Вечером он решил ещё раз пройти по ряду, где продавали скотину. Он с удивлением и удовлетворением узнал, что за ту сумму рублей в совзнаках, которая была у него утром, корову купить было уже нельзя, разве что козу.

К сожалению, подобная ситуация повторилась в нашей стране через 70 лет, в первой половине девяностых годов. Галопирующая инфляция резко обесценила накопления населения, фактически их обнулив.

Роль золотого червонца двадцатых годов в девяностых годах сыграл пресловутый американский доллар. И если расстройство в денежном обращении 20-ых годов имело объективные причины – германская война, крушение империи, гражданская война, разруха, смена экономического строя, международная изоляция, то в 90-х годах обстоятельства были иные.

Мощное социальное государство, вошедшее в полосу кризиса, который следовало бы преодолевать тщательно выверенными политическими и экономическими мерами, было безрассудно повержено до основания демагогами, политиканами – авантюристами и глуповатыми правителями со всеми вытекающими отсюда, включая «банановую» инфляцию – быть может, меньшее из зол.

К 1927 году село постепенно приходило в себя после стольких лет войн, революций, разрухи. Многие селяне в Черниговке имели по две и более коровы, получали высокие удои. Молоко, производимое в крестьянских хозяйствах, не находило сбыт.

Местный маслозавод установил во дворе Парфентия Захаровича сепаратор, тем самым, признавая его авторитет и добропорядочность. Соседи несли молоко для сепарирования сливок. Сливки сдавались на маслозавод, а обрат оставался у хозяев. За эту работу маслозавод платил Парфентию Захаровичу, что было существенным дополнением к бюджету семьи, жившей не богато.

Со временем одного сепаратора стало не хватать.