Летучий корабль. Роман

Комиссия поставила ему эту оценку даже с охотой, потому что ждала чего-то совсем низкопробного, но Михаил, обманув плохие ожидания, выглядел пристойно. Докладывая плохо заученный текст, он вообще не волновался, потому что прободрствовал полночи из-за сыновьего рева, и теперь находился от происходящего как бы на расстоянии – — не было сомнений, что диплом дадут при любом раскладе, а остальное не имело значения.

Защита закончилась. Михаил, стаскивая пиджак, сообщил:

– Мне со «Стрелы» звонили, звали работать. Совсем у них, видно, дела плохи.

Сто тридцать пять предлагали.

Он добродушно улыбался, давая понять, что сознает юмор ситуации: в студенческом рейтинге, учитывающем академическую успеваемость, он был гораздо ближе к концу, чем к началу – а на «Витязе» всех троих ждали сакраментальные сто двадцать рублей в месяц.

– И чего ты? – спросил Павел. – Согласился?

– Да ну. Полтора часа переться.

Радостный Михаил рвался поболтать с приятелями: было заметно, что ему хочется отвлечься и отойти на время от обязанностей, в которые он погрузился с рождением наследника.

Потом Павел отошел к телефону, чтобы доложить о результатах – его отец, Вадим Викторович, работал здесь же, тремя этажами выше.

Можно было преодолеть эти три этажа за пять минут, но пристыженный Павел отделался коротким звонком: Вадим Викторович всегда был чересчур высокого мнения об Игоре, держа собственного отпрыска за более скромное явление; злосчастный недотепа был уверен, что, явись он сейчас к Вадиму Викторовичу, тот угадает результат зашиты, и, следовательно, в очередной раз утвердится, что собственное дитя бездарно.

Когда Павел, повесив трубку, вернулся к Игорю и Михаилу, они уже говорили о другом.

– … он, между прочим, в комитете вчера был, – рассказывал Михаил, и Павел, поймав конец фразы, понял, что речь идет о Рыбакове, который действительно заходил накануне в комитет комсомола. – Хотел посмотреть, кого с красным дипломом под суд провожать, – Михаил был нарочито бесстрастен, но Павел поморщился, не оценив шутки, потому что Игорю – командиру летнего стройотряда – действительно грозили неприятности.

В финансовых документах, представленных по итогам трудового семестра, какой-то чересчур грамотный функционер обнаружил мелкое противоречие, и теперь фигуранту со всех сторон сулили чуть ли не уголовное дело.

– Типун тебе на язык, – отмахнулся Павел.

Но Игорь, включив фирменную улыбку, позволил голодному до сплетен приятелю вдоволь обсудить его проблемы.