Я прикасаюсь. Книга стихотворений разных лет

Долго тек люциферский металл по плечам,

А затем по спине и по смуглой груди.

Ртуть впиталась. Смотрю – лишь кривится трава,

И трамвай поврежденный искрит и гудит.

Песня друга

Был праздник, и вот я опять один.

И жизнь моя – выставка серых картин.

Мой праздник был долгим, без малого год.

Но больше он в двери мои не войдет.

Опять я с друзьями сижу за столом,

Беззвучно молясь, чтоб прошла за стеклом

Она, и смахнула все серое с глаз…

А мне кричат на ухо пошлый рассказ.

Она мне казалась как воздух, как свет

Привычной и вечной, но вот ее нет.

Она освещает другого, ей дышит другой.

Чужого касается милая маленькой белой рукой.

Но как все случилось, и было ли что-то? А вдруг

Была она вся – в темной комнате – призрачный звук?

Была ведь, была, а иначе – с чего бы тогда

Я зябну в июле, как будто уже – холода?

Генезис

Я постигал, что значит "никогда"

В страшном кругу потерь невосполнимых.

"Когда-нибудь" сияет как звезда,

А "никогда" смысл ускользает мимо.

"Когда-нибудь" – и радость, и укор.

И встретить смерть когда-нибудь – не страшно.

Отложен неизбежный приговор,

Не рушится десятилетий башня.

"Когда-нибудь" – не завтра, не сейчас.

Оно понятно и вполне желанно,

А никогда как бесконечность в нас

Врывается пугающе и странно.

Ее восьмерка в зеркале висит,

Двойной улыбкой скалится, трепещет.

Звездами срез стеклянный моросит,

Засасывая чувства, мысли, вещи.

И все уходит за небесный свод,

Врастает в снег и дождь воображенья.

Сегодня – зеркало. И в нем грядущий год,

А прошлый год – виновник отраженья.

Я постигал генезис "никогда",

Когда реальностью меня наотмашь били,

Когда из этой жизни поезда

Мои мечты на небо увозили.

Овцы

Где-то в горах высоко-высоко

Овцы ходили за вожаком.

Покуда закат за горою не тух,

Пас их седой загорелый пастух.

Мельче одна и крупнее другая -

Все на свободу не посягая

За пастухом седобровым след в след

Мирно ходили по тысяче лет.

Красавец вожак был умен и силен,

Но тоже свободой он был обделен.

Что ум, что кудряшки, как добрый парик?

Пас и его седобровый старик.

Где-то в горах, как больные сиротки

Овцы ходили – безмолвны и кротки.

И каждая часто мечтала о том,

Чтоб стать всем на зависть и зло – пастухом.