Смерть пахнет конфетками

Она красивая, такая… с преимуществами, вы бы их видели, поняли бы мою слабость. Ну так вот. Слабость есть, а сильных чувств нету. А я хочу, как в молодости, чтобы сердце горело, понимаете, как это?

– Вы хотите влюбиться в неё? – спросил Гжельский.

– Именно! – воскликнул мужчина и тут же огляделся по сторонам, не заметил ли кто его эмоций.

– Что ж, над этим можно поработать. Но надо выработать стратегию условий, которые не стали бы роковыми для вас и вашей возлюбленной.

– Подумайте над этим, я смогу заплатить…

И мужчина назвал цену.

– Я подумаю.

– И ещё, – сказал мужчина, который всё никак не мог оставить Гжельского в покое. – А можно и этот… приворот сделать и в обратную сторону? А то я понимаю, что у неё-то интерес ко мне очень даже сильный, но он держится только на моих деньгах. В общем, пусть она тоже ко мне начнёт чувствовать те же самые чувства?

Гжельский задумался, а Руслану стало интересно, как он выкрутится из этого непростого с моральной точки зрения вопроса.

– Я заплачу в два раза больше только что озвученной суммы, – подогрел интерес к вопросу незнакомый Стахову мужчина.

И Гжельский ответил:

– Если ваша возлюбленная согласится на это откровенно и бескорыстно, то над этим вопросом можно будет поработать. Но мне нужно будет лично побеседовать с девушкой.

– Понял, – сказал приободрившийся мужчина. – Приеду через неделю.

– Вы предупредите заранее о том, когда соберётесь приехать, – сказал Гжельский.

– Да, конечно, – сказал мужчина и всё-таки направился в сторону парковки. – До встречи, профессор!

Гжельский уважительно кивнул, а Руслан понял, что последнюю реплику профессор произнёс не просто так. Он сделал это с Силой. Той самой Силой, которая позволяет ему управлять людьми. Он просто обезопасил себя от внезапного визита миллионера, которому обычно было плевать на время чужих людей.

А довольный мужчина скрылся за деревьями, что исполняли ту же функцию, что и плотный кустарник возле курилки – ограждали природными объектами средства цивилизации друг от друга и от посторонних взглядов. Гжельский остался стоять на дороге.